Геннадий Воля

Фока, похититель престола, чтобы на немъ укрѣпиться, прекратилъ войну, подписавъ требованія Бояна, который и самъ желалъ уже дать отдохновеніе народу. Въ сей войнѣ отличились со стороны Византійцевъ преимущественно генералы: Коменціолъ и Прискъ, а со сгороны Болгаръ, ихъ повелитель Боянъ и Радогастъ, князь союзныхъ ему Словенъ. Императоръ Ираклій, начиная войну съ Персами (619), желалъ обезпечить отъ Болгаръ Европейскія свои владѣнія; почему и пригласилъ преемника Бояна, для личнаго свиданія, въ городъ Ираклею. Условія, однако, не нравились Болгарину, и переговоры кончены ссорою, въ слѣдствіе которой изрублена свита императора, едва успѣвшаго избѣгнуть плѣну. Болгаре, награбившись, съ множествомъ плѣнныхъ отошли во свояси. Но немного спустя опять опустошили имперію, осадили, какъ союзники Персовъ, Константинополь, и не могши взять его, удовольствовались тѣмъ, что съ богатою добычею возвратились домой (626). Императоръ Ираклій, воспользовавшись симъ случаемъ, склонилъ Кобрата, сдѣлавшагося независимымъ повелителемъ Болгаръ въ Валахіи, на свою сторону, и заключилъ съ нимъ дружеской договоръ (636), который сохранилъ Кобрать во всю жизнь свою. Аспарухъ, преемникъ Кобрата, наконецъ довершилъ переселеніе въ Мизію, въ которой отнялъ остальныя мѣста у Грековъ. Безуспѣшный противъ него походъ императора Константина Погоната и пораженіе Греческой арміи утвердило за нимъ навсегда сію страну (679), которая, съ сихъ поръ, по имени новыхъ владѣтелей, стала именоваться Болгаріею. Молодой, но безпокойный, наслѣдникъ Константина Погоната, Іустиніанъ II, въ началѣ своего царствованія, въ надеждѣ возвратить Мизію имперіи, напалъ на Болгаръ войною (687). Дѣло хорошо началъ императоръ, но худо кончилъ, и самъ спасся бѣгствомъ. Онъ заключилъ миръ, по коему призналъ Болгаръ господами занимаемыхъ ими мѣстъ. Iустиніанъ II, низверженный съ престола полководцемъ Леонтіемъ (въ 695 году) и прожившій 10 лѣтъ въ Херсонѣ, гдѣ нашель убѣжище подъ покровительствомъ Кагана Казарскаго, боясь преслѣдованій императора Тиберія, отнявшаго царскую власть у Леонтія, или въ надеждѣ еще возсѣсть на престолъ, бѣжалъ на кораблѣ въ Болгарію (705), для испрошенія помощи отъ повелителя оной, Требеля. Болгаринъ, принявъ его сторону, собралъ значительное войско, отправился съ нимъ въ Царьградъ, взялъ городь, низложилъ Тиберія съ престола и возвелъ на оный Пустиніана. Императоръ не преминулъ возблагодарить Требеля за столь важныя оказанныя ему услуги. Сверхъ значительной суммы денегъ, уступилъ ему въ Македоніи область Загорье и провозгласилъ его цесаремъ (царемъ) Болгаріи,

Боянъ, преемникъ Заберегана, перешедъ чрезъ рѣку Саву въ Далмацію съ 12,000, завладѣвъ нѣсколькими городами имперіи въ Иллирикѣ, и поразивъ войско Римлянъ подъ командою Тиберія, зятя Іустина ІІ-го, вынудилъ отъ императора 80,00 червонныхъ (574), въ видѣ ежегодныхъ подарковъ (подати), въ уплату за возвращеніе взятыхъ имъ мѣстъ и въ залогъ мирнаго пребыванія, которое онъ и наблюдалъ до восшествія на престолъ Императора Маврикія (583), отъ коего требовалъ возвышенія подати до 100,000 червонныхъ. Переговоры были безуспѣшны, и началась между Болгарами и Византійцами 18-ти лѣтняя война. Войну сію началъ Боянъ взятіемъ имперскихъ городовъ: Сингидуна, Августы и Виминіація. Союзниками Болгаръ въ сей войнѣ были Словене, жители Крайны и Панноніи, и Болгаре Мизійскіе Борьба сія, во все ея продолженіе, была кровопролитная и съ поперемѣннымъ для обѣихъ сторонъ счастьемъ. Боянъ начальствовалъ своими почти всегда лично; не однажды опустошалъ Иллирикъ, Македонію, Оракію до самой столицы, бралъ города и терялъ ихъ, поражалъ и былѣ поражаемъ. Византійцы, не могши взять верхъ надъ нимъ, обратились къ Франкамъ, коихъ послы, въ 591 г., прибыли въ Константинополь. Заключенъ союзъ противъ Болгаръ, которые съ сего времени должны были держаться съ двухъ сторонъ, противъ Франковъ въ Германіи и противъ Грековъ. Воеводы Бояна не безуспѣшно сражались съ Франками (596), коихъ побили въ Турингіи; и только за значительную сумму денегъ возвратились въ Венгрію. Самъ же повелитель продолжалъ войну съ Греками, кои, наконецъ, взяли надъ нимъ верхъ на сраженіяхъ въ Темешскомъ Банатѣ; въ послѣднемъ изъ нихъ (600) потерялъ Боянъ до 11,000 убитыми и ранеными, и трехъ сыновей. Не смотря на сіе война не кончилась; Боянъ съ новыми силами переправился въ Мизію, и опустошивъ оную, возвратился въ Валахію.

Жилища Болгаръ, въ историческомъ отношеніи, можно раздѣлить: 1-е на древнія, то есть, при Волгѣ; 2-e Pocсійскія, когда Болгаре, во время перехода изъ Волжской въ Дунайскую Болгарію находились нѣсколько вр времени юго-восточной или Черноморской части Россіи, и 3-е Дунайскія, въ которыхъ поселились они по выходѣ изъ Россіи. Первое нападеніе на Имперію Болгаре произвели въ исходѣ Ѵ столѣтія (498), въ царствованіе императора Анастасія. Вскорѣ открылся имъ благопріятный случай утвердиться въ предѣлахъ Греческой Имперіи. Виталіанъ, родомъ Славянинъ, одинъ изъ первыхъ генераловъ имперіи, возмутившись противъ Анастасія и чувствуя недостаточность взбунтованныхъ имъ войскъ, пригласилъ Болгаръ къ себѣ на помощь. Выигравъ сраженіе, подступилъ онъ къ осадѣ Константинополя. Анастасій, не будучи въ состояніи отразить силу силою (514), склонилъ Виталіана къ покорности не иначе, какъ новыми милостями, и подписавъ предложенныя имъ условія, между коими было и всепрощеніе всѣмъ послѣдовавшимъ ему войскамъ, коихъ большая часть состояла изъ Болгаръ, которые болѣе не возвращались въ Валахію, но подъ покровительствомъ Виталіана, сдѣланнаго генералъгубернаторомъ Оракіи, поселились въ Мизіи, которую не задолго предъ тѣмъ оставили Готы, ушедшіе въ Италію, подъ предводительствомъ Ѳеодорика. Восшедшіе, послѣ смерти Анастасія, на престолъ Славяне, Iустинъ І, Iустиніанъ Великій, Iустинъ II, старались привлечь ихъ къ себѣ деньгами, подарками, привиллегіями, а наипаче чинами и титлами, предлагаемыми ихъ начальникамъ, чтобы хотя нѣсколько обезопасить жителей равнинъ отъ ихъ набѣговъ. Императоръ Iустиніанъ успѣлъ привязать къ себѣ большую часть сихъ Мизійскихъ Болгаръ, коимъ даны земли въ Оракіи и Македоніи для поселеній, и которые по сему сдѣлались подданными имперіи. Какъ тѣ, такъ и другіе служили имперіи цѣлыми полками. Iустиніанъ съ пользою употреблялъ ихъ корпусъ въ войнахъ противъ Готовъ въ Италіи, противъ Вандаловъ въ Африкѣ и Персовъ, въ Азіи. Они защитили Словенъ Крайнѣ и Сѣверной Италіи противъ Готовъ. Германія была раздираема съ востока Болгарами, а съ запада Франками; оба сіи народа привлекали къ себѣ вассаловъ; не долго удерживались Болгаре и отъ нападеній на Византійскую Имперію. Забереганъ, ихъ повелитель, съ великимъ войска переправившись чрезъ Дунай, вступилъ въ предѣлы имперіи; раздѣливъ свои полчища на трое и отрядивъ два отдѣленія для опустошенія Греціи, самъ онъ съ 7,000 человѣкъ подступилъ къ Константинополю. Спустя нѣсколько лѣтъ Болгаре обратились въ Германію (571); въ Турингіи поразили Франковъ.

Теореманы приняли себе за правило : другое имя, следовательно другой народ. Но въ такомъ случае они не в состоянии понять Византийскихъ Историков с II по XV столетие потому, что у всех этих писателей нет постоянной народописной номенклатуры. Так, напр . современники Нестора Анна Комнина, Киннам, и Кедрин Христіанскую Россію, Россію 1090-1120 годовъ, называют: первая Скифиею, Скифами ( Exv9ae), второй упоминая о сношеніях Императора Мануила с Ростиславом Галицкимъ, и другими Червенскими Князьями, называет их Тавроскифами ( г эv Tavgo6хѵуш») . Кедрин Россами. Что скажут Теореманы на то, что Халкокондила, писавшій (после взятия Цариграда в 1453 ) Исторію Турецкую вкратце описывает и Россію, подраздѣляет ее на μεγαλη Σαρματία, ασπρη Σαρματια μαυρη Σαρ матıа т: е: на Велико-Россію, Бѣло- Руссію, и Чорную Русь. Упоминает о Москве, Новгороде, Твери, утверждает, что Saquaта к Северу граничат с Пермью, на Юго-Западе граничат с Пoлovo Польшею, к Крыму и за Волгою с ExvFai т: e: с Татарами. Мы видели уже разныя слова, под которыми Нѣмецкій народ слывет на разных Европейских языках: собственное Дейтеры; нарицательныя Тедески, Аллеманды, Джермены, Нѣмцы. Этими разными названіями прекрасно можно пояснить умозаключенія Теореманов относительно разныхъ названій , под которыми слыли жители Руси, с тою только разницею, что туже силлогистику выражу другими словами или цыфрами. Итакъ полагают Теореманы: , « Германію искони населяли Германы, вытеснившие изъ нея Кельтов в послѣдствіи времени «Аллеманды, жившіе у Рейна, уничтожили владычество Германов: но нѣсколько времени спустя « сдѣлали нашествіе на Аллемандов Тедески, обиитавшие в горах Гелвеціи и Піемонта а с «другой стороны Нѣмцы, обитавшіе у устья Вислы, « так что Юго-Западная часть Аллемандовъ приняла названіе от завоевателей gli Tedeschi , a Сѣверо-Восточная названіе Нѣмцы. Наконец из « гор Даціи и сосѣдней с нею Мизіи и Македоніи « переселились в Германію Дайтеры, что доказывает сходство их имени, и поработили какъ Тедесков так и Нѣмцев, и сплылись с НИМИ в один народ; вѣроятно, что те приняли их имя, « а эти их язык. » ! Вот характеристика логики Теореманов в их выводах из Византійских писателей. Точно почти по этой же самой их теории Сарматы завоевали· Скифов, Аланы Сарматов, Гунны Аланов, Обры или Авары Гуннов, Болгаре Обров, Словенцы Болгар, и наконец Русскіе, которых Байеры и Шлецеры выдают за Лапонцев или Шведов, порабощают Слованцев!!!

Карамзин говорит о нем слѣдующее : « Струбе силится доказывать , что Несторовы « Варяги-Русь были Готѳы-Роксолане, будто жившіе « между Балтійским и Ледовитым морями в земле, « которая въ Исландских сказках называется страною великанов [ Risaland ] . Струбе говорит, что « Роксолане, по Географіи Страбоновой, обитали в « самой глубине севера ! Можно ли Академику объяснятЬ таким образом Страбона , не имевшаго « идеи о сѣверной Европе? Ризаландия, земля Великанов и Иотунгейм, принадлежит к баснословію « Исландскому : там обитали не Варяги - Русь , « злые духи, оборотни, чудовища?» и проч. ( И. Г. Р. Томъ І. прим . 113 ) . Кто не знает, как поступали с древнею Исторіею Русскаго народа ! Извѣстно, что самое Несторовой лѣтописи застаёт Русскій народ в гигантском движеніи. Первая занавѣс Русской лѣтописи подымается, и вам представляются двѣ сцены: Изгнаніе иноземцев из Новагорода Великаго; и Русскій многочисленный флот на Черном море, идущий осаждать Цариград! Чья Исторія на земном шаре начинается такими величественными сценами? Начало домашней Исторіи другихънародовъоблечено вълегенду; это просто баллада поэта; но Русская лѣтопись начинаешся с положительнаго события. Уже в 862 году вся Сармация от Новгорода до Чернаго моря и до Карпатских гор, равно и сѣверо-восточная Венгрия была наполнена Русскимъ народом, усеяна городами . Это известно положительно не только из Русской лѣтописи, это известно и из свидѣтельств Араба (921) Грека ( 950 г) и Бременскаго Саксонца, современника Несторова. Какое же логическое слѣдствіе для Исторической догматики вывели Скандинавоманы и Теореманы из этих положительных лучей ?! Кажется, что 1.) Русскій народъ, огромный своею массою, не мог вдруг, в 862 г. размножиться и разлетѣться подобно саранче; что Русскіе города не могли вырастать в один год, подобно грибам после дождя . Кажется, что это смѣшно было бы доказывать потому, что это аксіома. Самъ Несторъ чувствовал ее , и когда , в своем введении, гозорит о разселении Славянских племен по рекам Бугу, Днепру, Суле, Полоте, Волхове, то подразумевает когда-то, давно. Возмем крайне недостаточное время для подобной операции, напр. 150 летъ, то мы и без лѣтописи, без буквальнаго свидѣтельсшва современных писателей уверимся в Историческом догмате, что на Руси Рускій народ обитал уже в 700 или 699 году, не смотря на то, что Приск, Иорнанд, Прокопій, Менандр , Агаѳія, Григорій Турскій и Фредегарій называют ee Гунниею, и Обриєю . Теореманы испугались этих имен , стали пожимать плечами, стали сомневаться в этом догмате Русской старины, который принял и сам Нестор, и пошли теории переселений!! Им трудно было понять, что временные прозвища Унны или Обры (Абары) падали именно на Русскій народ 800-х или 700-тых годов, хотя он тут же жил и в 600-шые и 500 - ые и въ 400-тые годы по Р. Х.

Итак начала Скандинавомании первый сообщил, Россиянам, на Русскомъ языке, Киріяк Кондратович ( 1767) , какъ ученик и приверженец Байера. Это был для Россіян первый образец Историко-Критической диссертации , украшенной цитатами на всех языках. Не знаю , какое впечатление мог сделать перевод Байерова разсуждения , в котором доказывали парадокс, что Русскіе не Славяне. Так как характер диссертаціи Байеровой есть исключительно патріотическій , в которой все жертвуется для того, чтобы доказать благовоспитанность рыцарства баснословной Скандинавии ( 1 ) , то и разсужденія Тредіаковскаго тоже писаны в духе патріотическом. Разсужденіе Тредіаковскаго о Варягах-Руссах на 78 страницах, заключено слѣдующим выводом: « Твердо по всему и есть непреоборимо : Варяги-Руссы, а отъ нихъ прибывшіи царствовать Государи наши в Великую Россію , были званія Славенскаго , рода Славенскаго, и Славенскаго языка. « Крепко и непреодолимо есть : все Россы , а особливее Северный , не были ни Даняне , ни Свѣи , ни « Норвежане , ни Скандинавляне, ни Германцы ; но « Россіяне собственно так нарицаемыи ныне издревле. » Между тем и Ломоносов подал свое мнение о выходе Рюрика из Пруссии , мнение , которому покровительствовал уже Іоаннъ Грозный. Академик Ф. Г. Струбе , уже в преклонных летах, принялся снова за свою диссертацию, которую он написал в 1753; Dissertation sur les anciens Russe: ; распространил, и напечаталъвъ1785 году. Говоря о Скандинавских известиях, относящихся к древнимъ Россіянам, г. Струбе между прочим говорит следующее : ( Dissert , pag. 66-7 ). « Иоганнес Магнус , Архіепископ Упсальскій, « первый оставил нам событія , которыя могут « относиться только к древним Россіянам, так « как они случились , по его мнѣнію, за нѣсколько « времени до Рождества Христова, и слѣдовательно « за нѣсколько столетий до переселенія Славянъ » ( каких Славян ? Других нельзя кроме Россіян же ) « въ области сосѣднія с Ризаландіею : Hothe-brot , говорит Іоганнес Магнус , вспомнив о « насиліяхъ, совершенных въ королевств Шведском Россіянами и Эстами , собрал войско из « Шведов и Готов, вступил въ Россію , избил « великое число Россіян, дал им законы, и заставил платить себе подати. После его смерти « Родерик , сын Готгера , снова начал войну с Россіянами, и подчинил их Швеціи. » ( sic! ) см. Ioannis Magni Gothorum Sueonumque Histor. L. II . cap. 6-7. » Все это случилось , говорит г. Струбе , за несколько времени до Р X. !! Другое извѣстіе приводит г. Струбе : « Один сильный Король Готфов Vilmer или Philimer , котораго царствованіе лучшіе сѣверные « историки полагают в начале эры христіанской,« объявил войну Королю Россіян ( fit la guerre au Roi des Russes qui s'appellait Hernith, ou Hervith. ) « именем Гернифу или Гервифу, котораго побѣдил, « и наложил дань на Русь , вручив управленіе ея « сыну своему Нордіану. » и проч. ( sic ! ) Но после Гервиф выгнал Нордіана с его Шведами: а все это, по мнѣнію г. Спрубе, случилось во время Рождества Христова !! ( au commencement de l'ère chrétienne ) . Желая еще болѣе пояснить это событие, г. Струве приводит о нем свидетельство и другаго Шведскаго писателя : « Другой Шведскій писатель ( Ericus Olaus, Decanus Eccles. Upsal . hist . Gothorum « Sveonumque. Lib. I. pag . 13-14) это событіе разсказывает нѣсколько иначе: вот его собственныя « слова : ... Hernith Ruthenorum Rex, ab eodem Philimero subactus, resumtis viribus и проч. и проч.»

... мы уже видѣли указаніе и опредѣленіе Нестора, и знаем теперь, что: Варяги, какъ Русскіе, так и Цареградскіе, как народ, жили в Помераніи, были Поморскіе Славяне. Также точно говорят и Греки , называя их Поморским народом. И Что же Байер ? Он поступил наоборот и навыворот : из приписанных т.е. : лже-Варяжскихъ извѣстий онъ даёт им Англійскую народность , приписывает подобное же значеніе и словамъ Нестора , который очень строго отличает Варягов от Англичан, точно как и Анна Комнина и другіе Греки. Вообще с этого времени эта сторожевая дружина Цареградских Императоров называешся про то уже по оружію Секиреносцами ( лелекифоро ). Иногда однако называют их всякій по своему. Киннам, в царствованіе Іоанна Комнина, описывая сраженіе в 1123 году с Печенѣгами , говорит, что Импер. велѣл Сѣкиреносцам ( nsh&zvyu- (OLç , стоявшим возлѣ него, рубить возы и т . д. , а в скобках прибавляет: Eirus ds ĚOTI TOVTO Bosταννικον βασιλευσι Ρωμαιων δουλευον ἀνεκαθεν, т: е : народу Бретонскому , издавна служащему Императорам. К этому месту Байер привязался : 1) хотя в нем и слова нет о Варягахъ, он однако относит к Варягам. 2) Хотя Киннам мог подразумевать, и , кажется , подразумевал Бретонцев Французских, но Байер Востаvrizo ' , вместо Бретонскій т: е: Французский , переводит : gens Britannicà т : е: Английский! Из этих извѣстій несправедливо приписанных Варягам, выводит Байер, да и то очень натянуто, Скандинавизм этого народа. Схватил он извѣстіе Киннама о Франках, отнес это к Англичанам ; а оттуда Бог знает как переводит к Шведам! Ho , предположим что какими-нибудь судьбами извѣстіе Киннама о Франкских Секиреносцах было о Варягах, а Варяги значат Англичане ; тo каким образом, и на каком основании Байер без всякой явной причины вдруг отстаёт и от Англичан , и Варягов Цареградских объявляет уже Шведами или Норвежцами! Здесь у Байера нет решительно никакой логической связи. Потолковавши о созвучиях между именами Русскими (Славянскими) и Шведскими , вдруг начинает , как мы уже видели , условіем ( стр. 355.) Итак , если Варяги были из Скандинавіи, то посмотрим, что могло значить это слово ! » Здѣсь оканчиваются соображенія Байеровы о значеніи слова Варяги; но , к несчастью ничто еще не рѣшает, от чего именно оно происходит, от Скандинавскаго-ли warga волк, или от Чухонскаго varas вор, или от Русскаго вор , или от Нѣмецкаго глагола würgen давить , или от Латинскаго fur вор, или от Франкскаго vargus изгнанник! Впрочем , что касается до Нестора , тo он называть никакой народ не позволял себе ругательнымъ словом, a называл каждаго его національнымъ, так, что встрѣчающіяся у него народныя имена, остаются такими , m : е: непроизводимыми. Если же Байеру пришла охота словопроизводствовать, то слѣдовало по крайней мере сделать хотя бы и нелепейшее заключеніе; а то никаких концов не выведешь из его этимологических цитат так, что если все дѣло зависит от одного словопроизводства, то Варяговъ на том же основаніи можно признать и Чудью , и Нѣмцами, и Русскими , и Французами. После этих разноязычных цитат , Байер делает большое отступление, на семи страницах! о разбойническом ремесле в Швеции. Что Скандинавы никогда себя Варягами не называли, тому убедительное доказательство в том , что ни малейших следов этого имени нет ни у Скандинавских, ни у Саксонских, ни у Франкских летописцев, говоривших о Швеции и Норвегии.

Но вы вѣрно подумаете , что Байер изложилъ свое мнѣніе в началѣ разсужденія, как тему a доводы приводит в срединѣ и концѣ? — Ах, нет— в первой половинѣ своей диссертаціи на 13-ти страницах он говорит не о Варягах , а о Русских ! - Вы опять подумаете что в этой части Байеровой диссертаціи есть вещи важныя для Исторіи Руси? Ни чуть эта часть состоит из пріискиванія в Скандинавіи имен созвучных именам Русских Великих Князей : Рюрика, Олега , Игоря, Рогволода, Святослава, Владимира, Всеволода ! Сюда не принадлежит показывать, какой большой мастер Байер на словопроизводства ( об этом упомянем вкратцѣ гдѣ будет нужно ) , и обратим только вниманіе на вторую половину его диссертаціи , в которой , на 14-ти страницах толкует о Варягах. Сущность этой половины , как и первой , состоит в одном пріискиваніи созвучій в Шведском, Датском и Исландском языках ! Кончивши рѣчь свою об Руси, Байер начинает говорить о Варягах так: « Если Варяги были из Скандинавии , то посмотрим изъ Скандинавскаго, что могло значить это слово. ... и до конца диссертаціи своей , на 14 страницах, Байер разсуждает, из корней Скандинавских слов, что могло значить слово Варяги. - все ! Итак Вы спросите : что еще ? Вот и все Русская Летопись утверждает свое , а Байер говорит свое! Байер говорит, если Варяги были из Скандинавіи , а Русская Лѣтопись говорит: нет , не из Скандинавіи : Байер начинает диссертацію так: я утверждаю, что Русскія Лѣтописи Готландцев , Шведов , Норвежцев называют Варягами » !!! И въслѣдствіе такого знанія Русскихъ Лѣтописей , Байер в одной Русской Диссертации ( о началѣ, ходѣ и успѣхах Исторической критики в Россіи. Разсужденіе г. Зиновьева на степень Магистра: 1827.) провозглашен Отцом, краеугольным камнем Исторической критики в Россіи. И это пышное зданіе основано на одном голом если! Но чего бы еще не надѣлали на бѣлом свѣтѣ, когда-бы не это вездѣшнее, всемѣшающее, всепрепятствующее если бы?

§ 1. 0 ВАРЯГАХ ВООБЩЕ. Ровно сто лет тому назад, как один немецкий ученый (Профессор С. Петербургской Академии Наук Теофил Сигфрид Байер) поднял вопрос о Варягах: кто такие были Варяги? Взглянем прежде на свойство вопроса. Так как слово Варяги, как названіе народа, встрѣчается, на сѣверѣ, в одних только Русских Лѣтописях, то значеніе его и слѣдует объяснять из выраженій Русской же Лѣтописи потому, что если Нестор извѣстный народ называл только по-Русски, то иностранные писатели тот же народ называли по-ихнему т. е. иначе. Следовательно вопрос : кто были Варяги и слишкомъ общій, и не прямой: собственно надлежало только спросить: кого-же Нестор из современных ему народов называет Варягами ? и опредѣлить , как Русское слово Варяги переводится по-Нѣмецки или по - Латыни у Западных писателей. Но у Байера все вышло на выворот: он погнался за созвучіями в иностранные лексиконы МИМО прямаго вопроса , И в слѣдствіе этого ложнаго , обратнаго пути, из диссертаціи его вышла странная компиляція. Вот доказательства: Нестор, послѣ исчисленія Русскихъ ( Славянскихъ) и не-Русских обитателей обширной нашей внутренней Сармаціи , наконец переходит к исчисленію жителей наших поморских или так называемых Остзейскихъ областей ; начавши с Финскаго залива , проходит к Югу и къ Западу по берегам Балтійскаго моря. Упомянувши про Чудь Эстландскую, Ливь Ливонскую, Корсь Курландскую, Летдолу и Зимголу Летскую или Латышскую и Семигальскую; наконец обращается к Западу, по морю же, к жилищамъ Ляхов, древнихъ Пруссов, и Померанцев, и говорит: (« Ляхове же, и Пруси, Чудь присѣдят к морю « Варяжскому. По сему же морю сѣдят Варязи « сѣмо ко въстоку до предѣла Симова. По тому « же морю , к западу сѣдят Варязи до земли « Агнянски и до Волощьски. » ( Несш. по Лав. Си. стр 2. ) Вот опредѣлительное указаніе Русских Лѣтописей : оно так ясно что даже и смѣшно и совѣстно пояснять его ! По смыслу Несторова исчисленія, Ляхи и Пруссы отдѣляли Русскій народ от Варяговъ; но если Ляҳи и Пруссы были между Варягов и Руси, то всякій ребенок скажеш, что Варяги были к западу, как Нестор говорит, по ту сторону Ляхов и Пруссов т.е. в Померании. Нестор дошедши до Вислы так и , машет рукою на Померанію, говоря: по тому же морю к западу. Итак , дѣло кончено потому , что легко узнать было, кого Нестор и его современная Русь называла Варягами : Нестор и его современная Русь называла Варягами Померанских Славян, как бы впрочем их ни называли другіе их сосѣди Саксонскіе, или Французскіе. Тогда оставалось только выставить слова или названіе их Нѣмецкое и Латинское. К несчастію, Байер не знал не только Несторова языка, но и обыкновеннаго Русскаго, которым впрочем и пренебрегал. По этой причинѣ он и не знал текста Русской Лѣтописи : это видно из его разсужденія, в котором он силится доказать діаметрально противное Нестору, не знавши однако того , что утверждал наш лѣтописец. Слѣдствіем этого незнанія было то, что Байеръ поступил против правила критики , что значеніе Русскаго слова слѣдовало пояснишь из текста Русскихъ же лѣтописей. Оставим здѣсь прямой вопрос о Варягахъ Несторовых , и послѣдуем за Байеромъ с этого мѣста , в котором сбился с настоящей дороги , и пустился в путь созвучій , совершенно мимо Русскихъ Лѣтописей. Обозрѣв , на трех страницах , мнѣнія других относительно Варягов , тут же объявляет свое: « А я утверждаю, что Варяги Русских Лѣтописей « были люди благороднаго происхожденія из Скандинавіи и Даніи , служили на жалованьи у Русскихъ были их сподвижниками в войн , сопровождателями их Царей, оберегателями их границ: были они тоже допущены и к гражданским « чинам и должностям и что по ним Русскія « Лѣтописи называют Варягами всѣх вообще Шведов, Готландцев, Норвежцев, Датчан (?) »

Семьдесят толковников священнаго писанія слова сіи пророка в главе XXXVIII. стр: 2. тако выражают: ,,Сыне человЪчь утверди лице твое на Гога князя росЪ, Мосоха и Фовеля." Здесь заметимЪ мы только слово росЪ , поелику оно нужно намЪ будетЪ вЪ последующемЪ изысканіи. И такЪ МагогЪ здЪсь переведено чрезЪ слово росЪ; и поелику росЪ есть названіе народа , которое толковникам, вЪ ихЪ время долженствовало быть известно; но они были Скифы. Но я хочу о томЪ известить предварительно , что ХодоллогоморЪ царь ЕлимскЬ или Перскій (Бытия гл: XIV.) названЬ былЪ царемЪ Скифским, следовательно ГогЪ , МагогЪ и ГіугЪ суть наименования СкифовЪ. И такЪ мы открыли наименование рисовЪ, и доказали, что рисы, росы, рейсы и рускіе суть названія тожде значущія, и знаменуютЪ народЪ Скифской. Самое слово рисЪ безЪ сумненія Скифское, и чрезЪ оное переведено название Скифа, и следовательно рейсы (россіане) наименование свое получили, какЪ и все Скифы , отЪ ихЪ храбрости и великихЪ воинскихЪ действій. Если кто похочетЪ зделать возражение, что название рисЪ есть Немецкое , тому я отвечаю, что оно можетЪ быть равнымЪ образомЪ и Скифское: ибо Немцы и Скифы многія имеютЪ общія наименования, что БузбекЪ , славный Голланский посланникЪ при ТурецкомЪ дворе , вЪ своихЬ письмахЪ доказалЪ ясно. При томЪ мы знаемЪ, что Немцы и Скифы были братия. КурдЪ, СакЪ, СкифЪ (і), ГогЪ, ГигантЪ, рейсЪ, рисЪ, РусЪ знаменуютЪ тое жде, и суть имена единаго народа. И по сему когда россіане суть рисы , рисы Гиганты , Гиганты, Скифы, Скифы Саки, Саки Курды , Курды же Араратцы : то следовательно произхожденіе россіанЬ отЪ перваго народа по потопе доказано ясно.t

Кто читалЪ неопровергаемыя священнаго писанія повествованія, тотЪ безЪ сумненія того держится мнения, что Ной сЪ своимЪ родомЪ есть праотецЪ всехЪ народовЪ после всемірнаго потопа размножившихся, и что страну АраратЪ, вЪ коей ковчегЪ, спасший Ноя сЪ его сынами, остановился, должно почитать первымЪ ихЪ пребывания местомЪ. Ибо Моісей повествует: И сде ковчегЪ на горахъ АраратскихЪ, Следовательно жители сихЪ местЪ были Араратцы. НетЪ ни единаго вЪ свете народа , которой бы удержал сіе наименование. Следовательно что , что Армяне расказывают, есть ощутительный обман. Евтихій Александрійскій, из приведенных выше летописей, главнейшее и важнейшее дает нам известіе. В оных пишетЪ онЪ следующими словами : „Ковчег Ноев остановился на хребтах Араратских , на горе Аліуд в Музале во стране Діаравія называемой, в местечке Корду, ныне Теманим и остров Веномар имянуемом. Что же писатель сей под Музалем разумеет, обЪясняет в летописи стр: 228, 231, и 232, имянуя Ассірійских царей Фула, Тиглатпилезара и Салманазара царями в Музале. Сверх сего , говоря на страниц 236 , о побеге АссірійскихЪ князей, умертвившихЪ отца ихЬ Сеннахирима, пишетЪ, что они ушли в Аль-музалъ, вЪ библіи АраратомЪ именуемый. Еще более изЪясняется онЪ повествуя о месте , что сие находилося точно тамЪ , где стоитЪ местечко Корду, ныне ТиманимЬ называемое , и отЪ коего названа была вся сія земля Корду. Оно лежитЪ на острове Веномар , составленному рекою ТигромЪ, которое и на новейшихЪ земныхЪ чертежахЪ отыскать не трудно; по сему КурдистанЪ занимаетЪ средину Месопотамии и Ассіріи. Страна сія, составляющая большею частію собственно Ассірію , сЪ северныя страны называлася Адіабене ; ибо когда оная описывается подЪ именемЪ Курдистана , то включается и Адіабене. Об Адіабене далее пишетЪ СтравонЪ, что жители оныя называются Сакоподы, а Сакоподы значат то же что и Саки ; ибо писатели вЪ сихЪ странахЪ определяютЪ жилище СаковЪ; Портій же Катон обЪявляет , (т) что Сакійская Скифія есть то место, откуду человеческой родЪ по потопе воспріялЪ свое начало. И когда сіе произошло вЪ Курдистане ; то Курды безЪ сумнения суть первые Саки. СолинЪ вЪ книг ХLIХ, пишетЪ, что Персы названы были Корсаками, и сие название сложено изЪ корсъ и сакЪ и означает Кордійскіе Саки. Но Саки отЪ другихЪ народовЪ называются Скифами, и были они главнейший Скифскій народ. Персы были первые , которые ввели вЪ обыкновение называть всехЪ СаковЪ Скифами , и всехЪ СкифовЪ Саками. Вот сколь великое имеютЪ Скифы право называть себя древнейшимЪ народомЪ: ибо кто могЪ быть вЪ Курдистан прежде Ноя, и кто древнее былЪ АраратцовЪ и СкифовЪ ? Если мы все разсмотримЪ сЪ прилежаніемЪ, то увидимЬ, что вЪ начале Курды были собственно называемые Скифы: т. е. народЪ, при первомЪ разсеяніи языковЪ , отшедший вЪ Ассирійскія горы, и принужденный прйлежать кЪ ловитве по томЪ все покоренные и подЪ власть ихЪ приведенные народы называлися Скифами. НаконецЪ, поелику Скифы многихЬ поселянЪ отправляли вЪ северныя места, то все северные народы названы были Скифами.

Вскоре некоторые, особенно продвинутые стали осознавать катастрофичность смены названия документов, и решили что-то исправить, но не отменить ФЗ "О техническом регулировании" и Технические регламенты, а принять новый закон: Федеральный закон "О стандартизации в Российской Федерации" от 29.06.2015 N 162-ФЗ В котором придумали такую смешную и невинную формулу: что ГОСТы имеют рекомендательный характер, но если производитель на него ссылается, то ГОСТ становится обязательным, и производитель обязан его соблюдать! Таким образом попытались хоть как-то совместить в одном флаконе рекомендательный характер ГОСТа с обязательным его исполнением! Вскоре надзорные органы в области строительства и пожарной безопасности объявили свои Стандарты обязательными, и абсолютно правильно сделали, поскольку при строительстве и при пожаре рекомендации не достаточны и не обеспечивают безопасность нашу с вами. А далее по примеру этих надзорных органов и другие стали объявлять свои отраслевые ГОСТы про одуванчики, вьюнок, шашлыки на даче, борщевик , рыбалку и собирание грибов и пр. обязательными и что, за их нарушение граждан будут штрафовать по КоАПу. И вот тут у нас дважды случился нонсенс и маразм с точки зрения права: - получается, что граждане сами не выразили своё желание соблюдать эти рекомендательные нормы, но их обязали! - случилось, кажется, впервые в истории развития права и законодательства во всём мире, когда за неисполнение рекомендации на лицо накладывается наказание. До этого, всегда и везде, в праве и законодательстве всех стран был принцип: наказание на лицо накладывается за нарушение права другого лица и за неисполнение своей обязанности, установленной законом. А ГОСТ - это не закон! Вот такая захватывающая история о вредности употребления иностранных слов в законодательных актах и исправлении ошибки с помощью других ошибок!

Кстати, могу рассказать одну историю правовой проблемы, так сказать в развитии: Примерно в начале 2000, а может и раньше нам наши западные советники предложили идею заменить наши старые советские ГОСТы - государственные стандарты на Технические регламенты, как это было принято в ЕС, а ГОСТы сделать документом рекомендательного характера. Следует сказать, что иностранные слова регламент и стандарт значат почти одно и то же, особой разницы нет: регламент - это сборник правил, а стандарт - это нормативный документ, техническое правило для обязательного исполнения, и там и здесь всё равно по-русски правило. Руководителя Госстандарта ломали долго, несколько лет, наконец уломали, он согласился и потом ушёл в отставку на заслуженный отдых. В 2010-ых годах звучала цифра в ГосДуме, что нам нужно было принять около 7000 Техрегламентов, а в те времена разработка только текста проекта одного ТехРегламента стоила около 5-7 млн рублей. Таким образом, только на замену иностранного слова в названии документа российский бюджет потратил 35 - 49 млрд рублей, и это не считая расходов на общественные слушания и обсуждения, согласования с привлечением миллионов экспертов и специалистов. Удар по российской промышленности и сельскому хозяйству был глобальный и катастрофический, а спасли тогда нашу промышленность инженерно-технические работники ОТК, в основном женщины, которые скромно и тихо заявили: нам наплевать на рекомендательный характер, ГОСТы для нас, как были обязательными, так и будут всегда! При этом в США, как были стандарты, так их никто заменять на регламенты не собирается, есть стандарты US обязательные, а есть рекомендательные. После принятия ФЗ "О Техническом регулировании" российские производители оказались в униженном положении, поскольку российских Техрегламентов долго не было, а весь импорт из ЕС РФ шёл по европейским техрегламентам, и российские экспортёры тоже были вынуждены поставлять свою продукцию на экспорт по регламентам ЕС! А это ещё дополнительные многомиллионные расходы российских экспортёров на сертификацию своей продукции.

И в заключение информация о титулах казахов: "Д. Нода обращает внимание на требования к титулам казахов, т.е. на значение, которое придавалось титулам от Цин для казахов. Также он рассматривает понимание Россией казахских титулов и различия между политикой Цин и России в отношении Казахских ханств. Во-первых, рассматривается ранний период (1757–80) в титулатуре ка- захско-цинских отношений 9 . 9 Титулы казахов были «хан (汗)», «ван (王)», «гун (公)», «тайцзи (台吉)», и обычно они наследовались [5, p. 151; 6, p. 184]. Подчинение Аблая Цин в 1757 году сблизило их, и, возможно, примерно с этого времени началось дарование титулов с данью. Д. Нода выделяет следующие мотивы Цин и казахских султанов. Империя Цин, противостоявшая в этот период непокоренным джунгарам, стремилась успокоить казахов, и по аналогии с наделением титулами монголам 10 , Цин решил даровать титулы казахским султанам и тем самым обязать их отправлять делегации по системе «няньбань (年班. ежегодные поездки в Пекин)». Кроме того был утвержден уже существовавший у казахов титул хана 11 . 11 Однако казахский «хāн» и человек, получивший титул «хана (汗)» от Цин, не обязательно совпадали [5, p. 154: 6, p. 187]. Казахские султаны в свою очередь попросили императора Цин даровать титулы, потому что они надеялись установить свое превосходство в казахском обществе; раньше на переговорах с Россией в качестве представителей выступали казахские «хāны», а казахские султаны представляли свои племе- на, если они носили титул «хана (汗)» от Цин, который был очень похоже на русский «хан-ранг» (документы I, N) 12. Титул, полученный от империи Цин, возлагал на его казахского обладателя отвественность за поддержание мира среди казахов. В средний период (1781–1821) среди казахских султанов начались ссоры из-за наследования титулов. Анализ этих ссор (документ I) показывает, что легитимность казахской аристократической власти основывалась на генеало- гии, и что сторона Цин проводила исследования по происхождению семьи казахских ханов. В последний период (1822–) «система дарования титулов» постепенно становилась простой формальностью, частично из-за влияния России. Здесь Д. Нода обращает внимание на случай, когда после смерти своего отца Гу- байдулла пытался унаследовать его титул хана (汗), но потерпел неудачу из- за вмешательства России (1824) 13. В 1822 году, в России был утвержден «Ус- тав о сибирских киргизах», и казахи среднего джуза были включены в состав Омской губернии, а вместо хана была создана должность ага-султана. Доку- мент N – письмо Губайдуллы, в котором он заявляет Цин о своем отречении от титула: «Это правда, что я (т.е. Губайдулла) дал клятву Белому хану, Ве- ликому русскому императору, искренне поцеловал священный Коран и стал его подданным (албату)…Я хотел бы сообщить Вашему величеству, что я хочу покинуть Эджен хана (т.е. императора Цин), я не ищу позицию хана». Несмотря на то, что Цин одобрил наследование титула хана Губайдулле, по- следний отказался от него и стал ага-султаном14. В 1826 г. был еще случай наследования титула хана Алтунсаром (Документ O), но это было простой формальностью, поскольку признание Россией «хан-ранга» было прекращено уставом 1822 года. Россия не могла допустить того, чтобы Цин даровал титул хана казахам, которые были подданными России. Важно также отметить, что Россия считала ага-султана официальной должностью15, выплачивала им зарплаты и пенсии, в результате чего казах- ские султаны вошли в российскую административную систему в качестве имперских чиновников. 15 После 1822 года казахи продолжали избирать ханов между собой; однако титул хан от Цин больше не был средством легитимации, и «хан-ранг» от России прекратил свое существование, замененный позицией ага-султана. Восприятие казахских султанов, возможно, лучше всего отражено в заявлении Курбан али: «ага-султан эквивалентен позиции бывшего хāна» [5, p. 175; 6, p. 208]."

Далее идёт небольшая историческая справка отношений Империи Цин с тюрками: "Во время завоевания Джунгарии и Восточного Туркестана (Кашгарии) в середине XVIII века Цин вступил в контакт с казахами, киргизами, Коканд ским ханством. Основной целью Т. Онумы было выяснить, как были выстроены статусные взаимоотношения между Цином, казахскими и другими среднеазиатскими силами. Как известно, в цинско-казахских отношениях эпохальным было то, что Аблай среднего джуза продемонстрировал волю подчинения императору Цяньлун в 1757 году." Тут написано, что в середине 18 века они вступили в контакт, но только великие тюрки знают о великих тюркских каганатах 5-8 века, которые были по соседству на восток от Китайской империи! "Это подчинение Аблая было описано в китайском источнике «Запись об умиротворении Джунгара (平定準噶爾方略)»: Аблай направил посланников, предоставил свою дань и потребовал, чтобы он стал «подданным (кит. чэньпу 臣僕)» «Великого императора центральной нации (кит. чжунго да хуанди 中国大皇帝)», возглавляя всех казахов; император Цяньлун провозгласил, что «они называют себя [моими] подданными (кит. чэнь 臣) и платят дань уважения», а затем объявил, что он проводит по отношению к казахам «политику свободнее-узды (кит. цзими羈縻)» и относится к ним как к юго-восточным «вассалам (кит. фаньшу 藩属)», таким как «Аннан/Аннам (т.е. Вьетнам), Люцю/Рюкю (т.е. Окинава) и Сянлуо/Сиам (т.е. Таиланд)». Очень мне понравился свободолюбивый Аблай, который потребовал признать его данником и подданным "свободнее узды"! "В маньчжурской «Записи об умиротворении Джунгара» Аблай говорит: «Я надеюсь подчиниться со всеми казахами, чтобы навсегда стать альбату Великого эджена». «Эджен» – монгольское слово, и его первоначальное значение – «хозяин»; «альбату» – «простой человек, подчиненный человек, раб» 7 . Цин использует понятие «отношений хозяин-раб (мон. эджен-альбату)» в установлении своего господства над монголами, рассматривая их как «альбату» императора Цин и настаивая на легитимности его правления [8, p. 16–21]. В «Сборнике документов от казахских султанов к династии Цин» в документе А, являющемся копией письма Аблая, написанном по-ойратски на тодском шрифте, отражено понимание казахами из подчинения Цин. По словам Аблая, казахи стали «альбату» «Верховного великого хана (т.е. императора Цин)», т.е. Аблай подразумевал об установлении «отношения эджен-альбату» в монгольском стиле. Этого же мнения придерживалась цинская сторона, о чем свидетельствует заявление связанного с этим процессом Чжаохуй, командира Цин, зафиксированное в маньчжурском меморандуме: «Аблай подчинился [Цин] со всеми казахами, чтобы стать аль-бату Великого эджена»."

На стр. 215 есть таблица с казахскими отправителями посланий: Среди отправителей посланий мне среди прочих приглянулся Джучи, только не тот, который старший сын Тэмуджина, и который умер раньше отца, но оставил после себя великое степное государство имени себя 13-15 века, а этот Джучи был казах и жил в веке 18, но про которого пока ничего не известно. Так что у казахов в 18 веке был не только свой Чингис, который Абулхаир хан, от которого пошли казахские чингисиды, и который при этом вёл свой род напрямую от Джучи, и которые внесены в русскую дворянскую родословную книгу среди других татарских княжеских родов и в гербовник дворянских родов Российской империи. При этом в этой же таблице есть хан Аблай и Абулфэйз, а вот Абулхаира нет, хотя даты их жизни и правления пересекаются, и сразу так не скажешь: разные это люди или нет?

Следующий вопрос о языке документов и образованности казахов: "По мнению последних, ойратский язык с тодским шрифтом использовался в более ранних документах, а тюркский язык на арабице – более поздних. Использование ойратского языка было обусловлено наличием ойратов (калмыков) в казахском обществе [7, p. 101–102; 9, p. 49]. Причина замены ойратского языка на тюркский до сих пор не выявлена и ожидает своего исследования. Также окончательно не определено, какой именно тюркский язык использован в документах – чагатайский или татарский, но при этом он отличается от современного казахского языка 5 . 5 Что касается грамотности казахов во второй половине XVIII века, сообщается, что никто, кроме султанов, которых обучали татарские секретари, не знал письменности [7, p. 3, n. 17]." Таким образом, казахи в середине 18 века еще не писали на своём родном казахском языке, но на татарском или чагатайском, который отличается от казахского! Ну, в том, смысле, что казахи вообще не писали, потому что никто из казахов не умел писать! И это не мои слова! "Таким образом, можно предположить, что в языке документов отражены особенности кыпчакской (северо-западной) группы тюркских языков. Однако в то же время встречаются случаи, сходные с типами языков юго-восточной группы (например, современного уйгурского)." И вот откровение: "Интересен тот факт, что, по сравнению с первыми двумя видами, тюркские документы к Цин не имеют фиксированного формата, содержат много грамматических и орфографических ошибок, что, вероятно, отражает грамотность писарей. По крайней мере, в начальный период сторона Цин не могла полностью понять тюркский документ от казахов, так что разговоры лицом к лицу между чиновниками провинции Цин и казахскими посланниками были неизбежны на северо-западной границе Цин." То есть середина 18 века - это начало отношений манджур и казахов? А как же рассказы историков и тюркских блогеров о том, что отношения монголов, чжурдженей-манджур, китайцев и тюрок, включая казахов, были не только в 12-14 веке, но восходят к 5-8 веку? И что империя Чингизхана - это была империя тюркская, а не монгольская? А тут оказывается такая просвещённая Империя Цин не полностью понимает и не знает полностью языка тюркского!

Первый факт имеет основополагающее значение для понимания общественно-экономической формации казахов и монгол. Кажется, уже с советских времён, как минимум, стало общепринятым в науке исторической мнение, что монголы и казахи в 12-19 и даже 20 веке жили при феодализме, однако читаем: "Один из составителей сборника, Такахиро Онума, на основе выявленных доку- ментов выяснил, что международный мировой порядок между Цин и казахскими кочевниками в Средней Азии основывался не на «отношениях сюзерен-вассал (кит. цзун-фань 宗藩)», под влиянием конфуцианства, а на «отношениях хозяин-раб (монг. эджен-альбату)», берущих свое начало из монгольского кочевого общества." То есть в 18-19 веке согласно мнению и фактам японских исследователей монгольское и казахское общество было рабовладельческим, то есть находилось на ещё более низкой стадии развития, нежели феодальное общество. А что тогда говорить о стадии общественного развития этих народов в 12-14 веках? Моё мнение, что они были в то время на догосударственном уровне развития - родо-племенном, их общество было бесклассовым и следовательно оснований для образования государства не было. Кто не встречался на просторах интернета на разных площадках с представителями монгол, казахов, тюрок вообще, которые убеждали, что в степи никогда не было рабства и все степняки - кипчаки и монголы были свободными людьми всегда, в отличие от русских! И тут раз, японцы находят в казахских и манджурских документах подтверждения отношений рабской зависимости и рабских отношений между "вольными, свободными" кочевниками. "На основе этих документов Т. Онума выясняет, что статусные взаимо- отношения между Цин и казахами основывались на «отношениях эджен- альбату», берущих свое начало в монгольском кочевом обществе, а не на «отношениях цзун-фань», основанных на конфуцианском мировоззрении. Кроме того, об этом свидетельствует указ императора Цяньлун, специально написанный на китайском языке для китайско-конфуцианского общества. В указе сказано, что Цин относится к казахам как к «фаньшу» и контролирует их посредством «политики свободнее-узды»; «Отношения эджен-альбату» подтверждаются и в других документах «Сборника документов от казахских султанов к династии Цин». Более того, эти отношения применялись и к другим среднеазиатским народам и регионам, таким как киргизы, кокандцы и Памирский горный регион."

На Академии попалась рецензия на монографию ЗОЛОТООРДЫНСКОЕ ОБОЗРЕНИЕ / GOLDEN HORDE REVIEW. 2021, 9 (1) К ВОПРОСУ О ВЗАИМООТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ КАЗАХСКИМИ ХАНСТВАМИ, ЦИНСКОЙ И РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИЯМИ. РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ: NODA J., ONUMA T. A COLLECTION OF DOCUMENTS FROM THE KAZAKH SULTANS TO THE QING DYNASTY Хироюи Нагаминэ Национальный институт технологии, Ояма колледж Ояма, Япония https://www.academia.edu/45640555/К_ВОПРОСУ_О_ВЗАИМООТНОШЕНИЯХ_МЕЖДУ_КАЗАХСКИМИ_ХАНСТВАМИ_ЦИНСКОЙ_И_РОССИЙСКОЙ_ИМПЕРИЯМИ_РЕЦЕНЗИЯ_НА_КНИГУ_NODA_J_ONUMA_T_A_COLLECTION_OF_DOCUMENTS_FROM_THE_KAZAKH_SULTANS_TO_THE_QING_DYNASTY_In_Russian_ В данной рецензии попались несколько любопытных и важных фактов из документов 18 века, которые после того, как выяснилось, что монгольская и китайская империи 12-14 веков были дубликатом, отображением 16-17 веков, приобретают дополнительное значение для истории монголов и казахов.

Такъ, когда въ 1205 году франки завоевали городъ Каламату, милинги въ качествѣ пѣхоты вмѣстѣ съ византійцами участвовали въ несчастной битвѣ при Кундурѣ, въ которой франки одержали рѣшительную побѣду [2]. Позднѣе, когда Вильгельмъ, четвертый дранкскій правитель въ Греціи (1246—1277), послѣ покоренія Коринѳа и Монемвасіи рѣшилъ перезимовать въ Лакедемонѣ, то мѣстные жители указали ему на сильное, гордое племя милинговъ, живущее въ горахъ, которое не признаетъ императора [3]. Задумавъ ихъ подчинить своей власти, Вильгельмъ построилъ около Тайгетскихъ горъ двѣ сильныя крѣпости—Мистру (Μιζιθρᾶ) и Майну (Μαίνην). Когда предводители милинговъ увидѣли это, они собрали совѣтъ относительно того, какъ имъ поступить. Богатые начальники предлагали стоять твердо и не подчиняться; большая же часть племени [4] совѣтовала сдаться, но только съ тѣмъ условіемъ, чтобы сохранить свои привилегіи и не признавать Вильгельма своимъ властителемъ, какъ то дѣлаетъ населеніе, живущее внизу, на равнинѣ; «намъ нѣтъ возможности, такъ какъ крѣпости насъ окружаютъ, спуститься внизъ за пропитаніемъ; а жить въ горахъ намъ нельзя безъ этого». Начальники племени, видя, что почти все населеніе желаетъ сдаться, не могли противодѣйствовать и отправили пословъ къ Вильгельму, которые выставили условіе, чтобы онъ сохранилъ ихъ независимость, не облагалъ ихъ податью и не былъ для нихъ сеньеромъ, чего и предки ихъ никогда не видали; но они согласны служить ему оружіемъ точно также, какъ раньше они служили византійскому императору. Вильгельмъ согласился на ихъ требованія и далъ имъ въ удостовѣреніе этого грамоту съ приложеніемъ печати. Послѣ этого Вильгельмъ, желая держать племя въ повиновеніи, долженъ былъ съ третьей стороны выстроить крѣпость близь Гистерны, которую онъ назвалъ Левтронъ (Λεῦτρον). Послѣдняя вмѣстѣ съ Мистрой и Майной заставила славянъ смириться [1]. Позднѣе милинги заявили себя участіемъ въ возмущеніи грековъ противъ Вильгельма въ 1263 году, при его возвращеніи изъ византійскаго плѣна, изъ котораго онъ освободился, уступивъ императору Михаилу Палеологу города Монемвасію, Мистру и Майну. Въ то время милинги все еще имѣли своихъ начальниковъ, съ которыми греки вступали въ соглашеніе относительно взаимныхъ дѣйствій противъ франковъ [2]). Императоръ особымъ хрисовулломъ освободилъ милинговъ отъ повинностей [3], а самъ Вильгельмъ, узнавъ о возмущеніи славянъ и признавая ихъ численное превосходство надъ его войсками, удалился на сѣверъ въ Коринѳъ призывать своихъ союзниковъ къ оружію противъ императора [4]. Пораженные франками греки, желая отомстить имъ, задумали новый походъ, въ которомъ опять въ качествѣ пѣшаго войска приняли участіе чаконцы и милинги. Интересный фактъ о взятіи Каламаты, города на югѣ Мореи, славянами въ концѣ XIII вѣка сообщаетъ французскій текстъ Морейской хроники [1]. Въ 1293 году два богатыхъ славянина изъ Яницы Lianort и Fanari, замѣтивъ, что городъ Каламата плохо защищенъ, съ отрядомъ въ 50 человѣкъ овладѣли имъ. Сейчасъ же къ нимъ на помощь пришли еще 600 славянъ. На приказаніе франковъ очистить городъ, они отвѣчали отказомъ, а византійскій стратегъ Мистры далъ франкамъ отвѣтъ, который прекрасно рисуетъ положеніе славянъ въ то время: славяне не подчиняются его волѣ; они живутъ какъ самостоятельный народъ; поэтому онъ ничѣмъ не можетъ помочь франкамъ [2]. Всѣ эти извѣстія показываютъ, что еще въ XIII вѣкѣ славянскія племена Тайгета пользовались большимъ значеніемъ и самостоятельностью. Сохранилось извѣстіе, что въ концѣ XIY вѣка, именно въ 1389 году, Венеція, воспользовавшись несогласіями, возникшими въ Пелопоннисѣ, купила себѣ города Навплію и Аргосъ; греческій деспотъ Мистры Ѳеодоръ, не смотря на это, занялъ Аргосъ. Тогда Венеція назначила большія суммы денегъ, чтобы склонить его возвратить Аргосъ; въ случаѣ же его отказа, она велѣла своему представителю вступить въ сношенія со «славянскими племенами въ Майнѣ», чтобы при помощи ихъ подѣйствовать на Ѳеодора [2]. Современникъ императора Мануила Палеолога (1391—1425) Мазарисъ, писатель, одинъ изъ самыхъ слабыхъ подражателей Лукіана, въ своемъ Діалогѣ изъ Царства Мертвыхъ говоритъ о чрезвычайно смѣшанномъ населеніи Пелопонниса и замѣчаетъ, что въ его время тамъ еще говорили пославянски [3]. О славянахъ, живущихъ въ горахъ Тайгета и у Тенарона, упоминаетъ въ томъ же XV вѣкѣ Лаоникъ Халкокондилъ, называющій ихъ трибаллами [4]. Венеція еще въ концѣ XV вѣка называла нѣкоторыя области Пелопонниса Склавоніей. Византийский временник. - 1898. - Т. V, с. 404-438

Рамбо, говоря въ своей «Исторіи Россіи» о войнѣ Святослава съ Византіей во второй половинѣ X вѣка, замѣчаетъ, что основаніе крупнаго славянскаго государства вблизи Константинополя являлось еще болѣе опаснымъ вслѣдствіе этнографическаго состава полуострова. Древняя Ѳракія и Македонія были населены славянскими племенами; Ѳессалія, Аттика и Пелопоннисъ были заняты этими поселенцами, которые становились подданными имперіи. На знаменитомъ Тайгетѣ въ Лаконіи жили два славянскихъ еще не покоренныхъ племени — Милинги и Езериты. Это великое племя простиралось почти безъ перерыва отъ Пелопонниса до Новгорода. Ко времени установленія господства Франковъ въ Мореѣ въ началѣ ХШ вѣка можно назвать четыре этнографическихъ элемента, населявшихъ полуостровъ: 1) остатки древне-греческаго населенія, смѣшавшагося со славянами въ Майнѣ и Чаконіи; 2) византійскіе новогреки или ромеи въ городахъ и особенно по берегу моря; 3) говорящіе по новогречески славяно-греки, народъ смѣшанный изъ славянъ и грековъ; почти чистые славяне въ Аркадіи и по склонамъ Тайгета [1]. Въ моментъ появленія франковъ въ Пелопоннесѣ Милинги пользовались еще большою самостоятельностью, и западнымъ завоевателямъ неоднократно приходилось сталкиваться со славянскими племенами.

Въ донесеніи протоспаѳарія Іоанна Протея императору указаны три рода обязанностей, которыя должны были нести подчиненные имперіи славяне: 1) признавать начальниковъ, назначенныхъ византійскимъ стратегомъ; 2) отбывать военную службу; 3) платить извѣстную подать. Но далеко не всѣ славянскія племена несли одинаковыя повинности. Сумма подати должна была значительно мѣняться въ зависимости отъ количества населенія. Политическое положеніе славянскихъ племенъ также не было одинаковымъ. Такъ, сакулаты, жившіе въ окрестностяхъ Ѳессалоники, и племена Тайгета повиновались своимъ національнымъ вождямъ; византійскій стратегъ только утверждалъ ихъ выборъ. Другія племена, менѣе значительныя и хуже защищенныя природою мѣстности, подчинялись вождямъ, завѣдомо преданнымъ византійскому правительству и, вѣроятно, избраннымъ послѣднимъ. Были племена, подчиненныя прямо византійскимъ начальникамъ. Но надо полагать, что въ наихудшемъ, самомъ тяжеломъ положеніи находились ахейскіе славяне, которые послѣ патрскаго пораженія потеряли не только политическую, но и личную свободу, превратившись въ крѣпостныхъ ахейской митрополіи [2]. О славянскихъ племенахъ въ Пелопоннисѣ въ X вѣкѣ сохранились еще указанія въ житіи св. Никона, жившаго во второй половинѣ этого столѣтія, но житіе котораго составлено настоятелемъ Лакедемонскаго монастыря около 1142 года. Такимъ образомъ въ X вѣкѣ славяне играли еще большую роль въ Пелопоннисѣ. Анонимный византійскій географъ, эпитоматоръ географіи Страбона [4], жившій, вѣроятно, въ концѣ X вѣка въ правленіе императора Василія Болгаробойцы [5], писалъ, что въ его время скиѳы-славяне населяли почти весь Эпиръ, Элладу, Пелопоннисъ и Македонію [6]; въ другомъ мѣстѣ въ разсказѣ объ Элидѣ эпитоматоръ пишетъ, что въ его время нѣтъ уже болѣе Писатовъ, Кавконовъ и Пилійцевъ; все это населяютъ скиѳы [7], которые, по его мнѣнію, какъ мы видѣли выше, въ данномъ случаѣ являются славянами.

Параллельно съ успѣхами византійскаго оружія шли успѣхи и церковной пропаганды среди пелопоннисскихъ славянъ. Со времени правленія Никифора I славяне сѣвернаго Пелопонниса были уже, вѣроятно, подчинены духовному авторитету Патрской митрополіи и приняли христіанство еще въ началѣ IX вѣка [3]. Милинги же и езериты, по всей вѣроятности, были крещены во время Василія I (867—886) [4]. Въ его правленіе славяне-язычники, дольше другихъ племенъ хранившіе завѣты своей прежней религіи благодаря недоступной мѣстности, гдѣ они жили, просили императора окрестить ихъ [5]. Въ X вѣкѣ славяне не были спокойны. Въ правленіе Романа Лекапина (919—944) ѳессалоникскіе славяне, т. е. тѣ, которые были покорены раньше другихъ, не задумались напасть на оффиціальное лицо, на отца извѣстнаго Ліудпранда, ѣхавшаго къ византійскому императору въ качествѣ посла короля Гугона; посолъ отбилъ нападеніе, взялъ въ плѣнъ двухъ главарей и представилъ ихъ императору [6]. Если уже ѳессалоникскіе славяне рѣшались нападать на императорскаго посла, то пелопоннисскіе, защищаемые недоступностью мѣстности, конечно, пользовались всякимъ случаемъ, чтобы выказать свою самостоятельность. Дѣйствительно во время того же Романа Лекапина произошло возстаніе милинговъ и езеритовъ. Пелопоннисскій стратегъ протоспаѳарій Іоаннъ Протей (Πρωτεύων) доносилъ императору, что эти два славянскихъ племени не повинуются ни стратегу, ни императорскому повелѣнію и держатъ себя вполнѣ самостоятельно, не признавая назначеннаго къ нимъ стратегомъ правителя, отказываясь отбывать воинскую повинность и платить подати. Но раньше, чѣмъ это донесеніе дошло до Романа, стратегомъ въ Пелопоннисъ былъ назначенъ протоспаѳарій Кринитъ Аротрасъ (Κρινίτης ὁ Ἀροτρᾶς), извѣстный своими хорошими отношеніями и дружбой съ фокидскимъ отшельникомъ того времени Лукой Младшимъ [1]. Получивъ донесеніе прежняго стратега, императоръ приказалъ Криниту усмирить возстаніе. Походъ Кринита, сопровождавшійся выжиганіемъ полей и пашень, продолжался съ марта мѣсяца 941 года [2] по ноябрь. Повстанцы, видя полную невозможность далѣе сопротивляться, подчинились и просили прощенія за прежніе проступки. Побѣдитель Кринитъ увеличилъ ихъ дань, такъ что съ этого времени оба племени должны были платить по 600 золотыхъ. Но положеніе грековъ скоро ухудшилось. Кринитъ былъ переведенъ въ ѳему Элладу, и его преемникъ въ Пелопоннисѣ Варда Платиподъ (Πλατυπόδης) не могъ ужиться съ другими начальниками, между которыми завязались распри; протоспаѳарій Левъ Агеластъ даже былъ изгнанъ сторонниками Варды изъ ѳемы. Въ это время славяне (Σκλαβησιανοί) начали угрожать новымъ возстаніемъ.

Существуетъ извѣстіе, что императоръ Никифоръ въ 810 году приказалъ войскамъ изо всѣхъ ѳемъ, продавъ свое имущество, переселиться въ Склавинію, что для нихъ было нелегче плѣна; это переселеніе продолжалось съ сентября мѣсяца до самой Пасхи. Послѣ покоренія сѣверныхъ ахейскихъ славянъ въ началѣ IX вѣка главную роль въ Пелопоннисѣ играли два славянскихъ племени—милинги (Μιληγγοί, Μελίγγοι и т. д.) и езериты (Ἐζερῖται), жившіе по склонамъ Тайгетскаго хребта, на которыхъ мы преимущественно и будемъ останавливаться, опуская извѣстія о тѣхъ племенахъ, происхожденіе которыхъ оспаривается, какъ напр. чаконцевъ, майнотовъ [1]. Кромѣ милинговъ и езеритовъ славянскія поселенія оставались еще въ Аркадіи, которая въ средніе вѣка называлась Мезареей; страна, занимаемая здѣсь славянами, простиралась отъ развалинъ Олимпіи до источниковъ Ладона и большой аркадійской равнины и называлась Скорта [2]. Но это племя не было такъ извѣстно, какъ милинги и езериты, и, въ то время какъ послѣдніе дожили до турецкаго владычества на полуостровѣ, аркадійскіе славяне, скортинцы, исчезли со времени франкскаго завоеванія въ XIII вѣкѣ. Въ послѣдніе годы правленія Ѳеофила (829—842) пелопоннисскіе славяне снова отложились, подняли возстаніе и раззоряли страну. Это не были уже, вѣроятно, славяне, приписанные къ патрской митрополіи, а другіе, платившіе Византіи извѣстную подать. Противъ нихъ былъ отправленъ съ большимъ войскомъ уже въ правленіе Михаила III (842—867), сына Ѳеофила, протоспаѳарій Ѳеоктистъ, въ качествѣ стратега пелопоннисской ѳемы; въ составъ его войска входили ѳракійцы, македоняне и жители другихъ западныхъ ѳемъ. Походъ былъ удаченъ. Ѳеоктистъ подчинилъ всѣ славянскія племена кромѣ двухъ— езеритовъ и милинговъ, которые жили въ неприступной мѣстности по склонамъ горы Тайгета (Πενταδάκτυλος) около Лакедемона и Гелоса; однако и они обязались платить византійскому правительству дань: милинги 60 золотыхъ (νομίσματα), езериты 300. Надо полагать, что аркадійскіе славяне были покорены во время этого похода Ѳеоктиста.

Такимъ образомъ, Пелопоннисъ половины VIII вѣка въ глазахъ самихъ византійцевъ уже былъ славянскимъ; къ этому времени надо отнести приливъ новыхъ поселеній въ Грецію на мѣсто жителей или погибшихъ во время чумы, или отозванныхъ императоромъ для заселенія столицы. Не было ничего естественнѣе, говоритъ Гопфъ, что при опустошеніяхъ, которыя чума произвела въ странѣ, стримонскіе славяне и ихъ уже жившіе, въ Ѳессаліи у Пагасейскаго залива соплеменники, пощаженные эпидеміей, тѣснимые къ тому же болгарами, бросились въ пустынную страну и возлѣ греческихъ городовъ и деревень, которые были не тронуты чумой, строили свои селенія и хижины на равнинахъ [1]. Въ правленіе Ирины и ея несовершеннолѣтняго сына Константина (780—797) мы впервые слышимъ объ экспедиціи, направленной прямо противъ славянъ, живущихъ въ Греціи. Причины этого похода неизвѣстны; можетъ быть, славяне сдѣлались настолько уже сильными, что казались опасными государству при его частыхъ придворныхъ революціяхъ; можетъ быть, изъ колонистовъ превратившись во владѣльцевъ, славяне грозили образовать въ Греціи со временемъ свое отдѣльное славянское государство [2]. Источники сообщаютъ, что въ 783 году Ирина, заключивъ миръ съ арабами, отправила Ставракія, патриція и логоѳета дрома, съ большимъ войскомъ противъ славянскихъ племенъ. Въ девяностыхъ годахъ VIII столѣтія греческіе славяне заявили себя участіемъ въ заговорѣ противъ Ирины. Славяне, возставъ при Никифорѣ, вначалѣ опустошали и разрушали сосѣднія греческія поселенія, а потомъ, занявъ окружающую Патры равнину, приступили къ осадѣ этого города. Славянамъ помогали арабы (Ἀφρικοὶ καὶ Σαρακηνοί). По прошествіи долгаго времени, когда жители Патръ стали чувствовать недостатокъ въ водѣ и пищѣ, они задумали вступить въ переговоры со славянами и, взявъ съ нихъ слово въ томъ, что они имъ не причинятъ никакого вреда, сдать городъ. Но у осажденныхъ была надежда на начальника крѣпости Коринѳа, который былъ уже раньше предувѣдомленъ о походѣ славянъ на Патры. ... Послѣ этого Никифоръ сдѣлалъ распоряженіе, чтобы славяне, осаждавшіе Патры, со всѣми своими семьями, родственниками и имуществомъ были посвящены храму апостола въ митрополіи Патръ, гдѣ Первозванный ученикъ Христа стяжалъ свой мученическій вѣнецъ. По этому случаю императоръ далъ Патрской митрополіи особую грамоту (σιγίλλιον). Съ этого времени принадлежавшіе митрополіи славяне должны были содержать стратеговъ, императорскихъ чиновниковъ и всѣхъ ἐξ ἐθνῶν ἀποστελλομένους πρέσβεις ὡς ὁμήρους, между тѣмъ какъ сама митрополія на это ничего не давала; славяне доставляли все необходимое, сами раздѣляя эту повинность между собою. Побѣда византійцевъ подъ Патрами составляетъ эпоху въ исторіи славянскихъ поселеній въ Греціи, или, лучше сказать, въ Пелопоннисѣ; съ этихъ поръ эти поселенія мало по малу уже подпадаютъ подъ власть Византіи и перестаютъ быть господствующимъ этнографическимъ элементомъ.