Геннадий Воля

Къ концу VI вѣка славяне своими нападеніями уже заставляли говорить о себѣ даже Западъ, и папа Григорій Великій въ 600 году въ письмѣ къ Максиму, епископу Салоникскому, говоритъ, что онъ сильно скорбитъ и смущается славянскимъ племенемъ, которое угрожаетъ грекамъ; но я смущаюсь и тѣмъ, прибавляетъ папа, что славяне черезъ Истрію начали уже подступать къ Италіи. Можно съ увѣренностью сказать, что въ первую половину правленія Ираклія колонизація славянами Греціи сдѣлала большіе успѣхи. Современникъ Ираклія Исидоръ, епископъ Севильскій († въ 636 году), человѣкъ извѣстный своими обширными, разносторонними познаніями, авторъ многочисленныхъ сочиненій [2], въ своей хроникѣ между прочимъ пишетъ слѣдующее: въ началѣ пятаго года правленія Ираклія славяне отняли у римлянъ Грецію, Персы—Сирію, Египетъ и многочисленныя провинціи. Такимъ образомъ современникъ Исидоръ считалъ Грецію во власти славянъ, которые, по словамъ Ѳомы, нападали на Критъ и прочіе острова,—другими словами имѣли уже флотъ. Отсюда только и можно заключить, что Греція была уже довольно густо заселена въ началѣ VII вѣка чуждыми элементами, которыми въ данномъ случаѣ являлись славяне; послѣдніе въ 623 году были уже настолько сильны, настолько освоились со своимъ новымъ мѣстопребываніемъ, что завели даже флотъ, на которомъ пускались грабить сосѣдніе острова. Въ 642 году славяне уже нападали на южную Италію. Виллибальдъ, отправляясь на поклоненіе ко святымъ мѣстамъ въ 723—728 годахъ, изъ Сиракузъ черезъ Адріатическое море прибылъ къ городу Манафасіи (Монемвасіи), который, по его словамъ, находился въ славянской землѣ [2]. Это современное свидѣтельство жизнеописанія Виллибальда только указываетъ на то, что славяне уже настолько населяли Грецію, что на западѣ съ нѣкоторымъ преувеличеніемъ называли всю страну славянской землей. Итакъ, какъ видно изъ житія, имя аваровъ не было забыто въ Греціи въ VIII вѣкѣ. Мы уже выше имѣли случай говорить объ аваро-славянскихъ нападеніяхъ на Грецію и придерживались того мнѣнія, что среди аваровъ, нападавшихъ въ VI вѣкѣ на Грецію, можно было всегда видѣть и славянъ. Имя аваровъ оставило такой глубокій слѣдъ въ исторіи Греціи, что даже въ XI вѣкѣ, какъ мы увидимъ ниже, патріархъ Николай II въ своемъ посланіи къ Алексѣю Комнину называютъ аварами славянъ, осаждавшихъ Патры. Поэтому въ аварахъ житія Панкратія нужно видѣть лишь новое указаніе на существованіе аваро-славянскихъ или даже, можеть быть, просто славянскихъ поселеній у Диррахіума и Аѳинъ.

Итакъ, первое достовѣрное извѣстіе о славянахъ къ югу отъ Дуная представляетъ изъ себя вышеприведенное свидѣтельство Прокопія. Отъ нашествій первой половины VI вѣка неоднократно страдала и Греція. Въ 539 году болгары, разграбивъ Иллирію и Ѳессалію, осадили сильно укрѣпленныя Ѳермопилы, но, найдя обходную тропинку, проникли въ Среднюю Грецію и удалились, перебивъ почти всѣхъ грековъ кромѣ пелопоннисцевъ [5]. Первое большое вторженіе славянъ въ Грецію было въ 577 году въ царствованіе Юстина II (565—578), когда соправителемъ его былъ уже третій годъ Тиберій. Современный церковный писатель Іоаннъ Эфесскій, монофизитъ, писавшій на сирійскомъ языкѣ, бывшій въ теченіе тридцати лѣтъ довѣреннымъ лицомъ императора Юстиніана, преслѣдуемый при Юстинѣ II и умершій приблизительно въ 585 году [2], даетъ интересныя свѣдѣнія объ этомъ славянскомъ вторженіи. Славяне прошли всю Грецію, Ѳессалію и Ѳракію, опустошая страну, овладѣвая городами и крѣпостями, обращая населеніе въ рабство; они сдѣлались господами всей страны и жили въ ней безъ страха, какъ въ своей собственной. Такъ прошло четыре года, въ которые императоръ былъ занятъ войною съ персами (до 582 года) и долженъ былъ почти всѣ свои войска отправить на Востокъ. Славяне въ это время, «насколько Богъ имъ это позволялъ» [3], и свои нападенія и грабежи . производили до самой Константинопольской стѣны; цѣлые табуны императорскихъ лошадей были угнаны. «И до сегодня, т. е. до года 895 (=584 по Р. X.), они еще живутъ тамъ безъ всякаго страха»; они стали богаты, имѣютъ много золота, серебра, табуны лошадей и оружіе и научились сражаться лучше самихъ римлянъ, между тѣмъ какъ раньше они со своими дротиками не смѣли выходить изъ лѣсовъ [1]. По краткому сообщенію Менандра объ этомъ нашествіи, 100,000 славянъ грабило Ѳракію и многія другія мѣстности [2]. Изъ другого отрывка Менандра видно, что въ это время Греція также была опустошаема славянами. Современный хронистъ, жившій въ Константинополѣ съ 558 по 575 годъ, Іоаннъ, аббатъ биклярійскаго монастыря, отмѣчаетъ подъ 576 и 577 годами своей хроники нападенія славянъ и аваровъ на Ѳракію, достигающія длинной стѣны, а подъ 579 годомъ сообщаетъ о занятіи нѣкоторыхъ частей Греціи и Панноніи аварами [5]. Императоръ долженъ былъ уступить послѣднимъ Сирміумъ. Въ первые годы правленія Маврикія (582—602) авары, не смотря на договоры, страшно опустошали византійскія области, требовали громадной контрибуціи и угрожали даже такимъ городамъ, какъ Филиппополь и Адріанополь [1]. Когда сами авары хотѣли отдохнуть отъ постоянныхъ войнъ, они высылали на византійскія области славянъ, которые почти всегда въ качествѣ союзниковъ находились въ ихъ войскѣ [2]. По этому при разсказахъ о нашествіяхъ аваровъ за это время всегда возможно среди послѣднихъ предполагать славянъ.

Марцеллинъ упоминаетъ гетовъ нѣсколько разъ во время царствованія императора Анастасія I (491—518). Въ 505 году былъ отправленъ противъ отложившагося отъ Византіи гета Мундона начальникъ войска Сабиніанъ [2]. Во время возстанія Виталіана противъ Анастасія византійскій начальникъ Кириллъ былъ зарѣзанъ гетскимъ ножемъ [3]. Въ 517 году гетскіе всадники опустошили Македонію, Ѳессалію и дошли до Ѳермопилъ и древняго Эпира [4]. Въ 530 году, уже въ царствованіе Юстиніана, Мундо разбилъ гетовъ, которые давно опустошали Иллирію [5]. Во всѣхъ четырехъ приведенныхъ мѣстахъ Марцеллинъ пользуется именемъ гетовъ довольно неопредѣленно. Нельзя въ Мундонѣ, напримѣръ, видѣть славянина; уже самое его имя указываетъ на германское происхожденіе. Но кромѣ того, историкъ Іорданъ причисляетъ его къ соплеменникамъ Атиллы [6], т. е. къ гуннамъ, а Еннодій въ своемъ панегирикѣ Теодериху къ болгарамъ [7]. Ничего опредѣленнаго не представляетъ изъ себя выраженіе Марцеллина culter geticus. Но если сопоставить послѣднія два извѣстія Марцеллина съ данными Прокопія относительно непрерывныхъ нападеній гунновъ (болгаръ), антовъ и славянъ, то можно придти къ заключенію, что геты у Марцеллина являются понятіемъ собирательнымъ для славянъ и болгаръ вмѣстѣ [1]; нѣкоторые-же ученые признаютъ ихъ даже настоящими славянами [2]. Такимъ образомъ, вѣроятно, что Славяне, участвуя въ походахъ болгаръ конца V и начала VI вѣковъ, дѣйствительно въ 517 году уже проникали до Ѳермопилъ. Возможно, что славянскія племена были въ Греціи еще раньше съ толпами готовъ, геруловъ и другихъ народностей, опустошавшихъ Балканскій полуостровъ до самаго юга; но эти нашествія были преходящими: варвары въ Греціи не оставались. Одинъ изъ современныхъ ученыхъ прямо говоритъ, что во время отъ 250 до 270 года готы, герулы и разныя славянскія племена переходили Истмъ, грабили Коринѳъ, Аргосъ, Тегею, Спарту и исчезали со своею добычей туда·, откуда приходили [3]. Наконецъ, какъ извѣстно, Дриновъ возводитъ начало заселенія Балканскаго полуострова славянами даже къ концу II вѣка [4].

I. Обзоръ историческихъ свѣдѣній о славянахъ въ Греціи. При обзорѣ источниковъ, упоминающихъ о славянахъ въ Греціи, прежде всего бросается въ глаза то обстоятельство, что почти всѣ они сообщаютъ свѣдѣнія о славянахъ въ Пелопоннисѣ и ничего не говорятъ о славянахъ въ Средней Греціи. Это объясняется тѣмъ, что славянскія племена на югѣ Греціи были гораздо многочисленнѣе, самостоятельнѣе славянскихъ поселеній Средней Греціи; слѣдствіемъ чего и было то, что славяне Пелопонниса по преимуществу и оставили свой слѣдъ на страницахъ византійскихъ анналовъ [1]. Впервые имя славянъ, какъ этнографическій терминъ славянскаго племени, встрѣчается въ теологическихъ вопросахъ и отвѣтахъ Кесарія Назіанзина, который, по утвержденію патріарха Фотія [2], долженъ быть братомъ знаменитому Григорію Назіанзину Богослову. Кесаріи въ одномъ изъ своихъ отвѣтовъ называетъ племя Σκλαυηνοί [3]. Надо замѣтить, что это мѣсто Кесарія съ древнѣйшимъ упоминаніемъ имени славянъ оставалось неизвѣстнымъ Шафарику въ его «Славянскихъ Древностяхъ» [4], почему мы здѣсь и рѣшились о немъ напомнить. Нападенія славянъ на провинціи, лежащія къ югу отъ Дуная, могутъ быть документально засвидѣтельствованы со времени вступленія на престолъ Юстиніана I, т. е. съ 527 года, и затѣмъ эти нашествія идутъ почти непрерывно на всемъ протяженіи VI столѣтія. Такъ хронистъ VI вѣка комисъ Марцеллинъ, сообщающій о первыхъ болгарскихъ нашествіяхъ на Византію въ концѣ V-го и началѣ ѴІ-го вѣковъ, въ своихъ разсказахъ называетъ скиѳовъ, болгаръ, гетовъ. Особеннаго вниманія съ нашей точки зрѣнія заслуживаетъ здѣсь имя гетовъ, которыхъ византійскій писатель начала VII вѣка Ѳеофилактъ отождествляетъ со славянами, говоря, что геты есть болѣе древнее имя этихъ варваровъ [1].

Когда въ двадцатыхъ годахъ этого столѣтія вся Европа была охвачена чувствомъ глубокой симпатіи къ грекамъ, поднявшимъ знамя возстанія противъ турецкаго ига, когда послѣ упорнаго, геройскаго сопротивленія эти бойцы за свободу съумѣли отстоять свою самостоятельность, и 3 февраля 1830 года европейскими державами было признано независимое греческое государство, когда увлеченное европейское образованное общество въ этихъ герояхъ видѣло сыновъ древней Эллады и узнавало въ нихъ черты Леонида, Эпаминонда, Филопемена,—въ это время изъ небольшого, малоизвѣстнаго города Ландсхута «раздаде охладителенъ мефистофелски гласъ» [1], который заявлялъ пораженной Европѣ, что въ населеніи новаго греческаго государства нѣтъ ни капли настоящей эллинской крови, что весь великодушный порывъ Европы помочь дѣлу дѣтей священной Эллады являлся лишь пустымъ призракомъ, что древне-греческій элементъ давно уже исчезъ и смѣнился новыми, совершенно чуждыми этнографическими элементами, и преимущественно — славянскимъ и албанскимъ. Человѣкъ, рѣшившійся открыто выступить въ такой моментъ со своей новой, потрясающей до основанія вѣрованія тогдашней Европы теоріей, былъ профессоръ всеобщей исторіи ландсгутскаго лицея Яковъ Филиппъ Фалльмерайеръ. Возставъ противъ господствующаго въ то время мнѣнія относительно того, что славяне не представляютъ изъ себя всемірно-историческаго народа, что они являются только какою-то дополнительною частицей, большей энклитикой человѣческаго рода безъ собственнаго внутренняго значенія, что славяне, по выраженію Гегеля, который, какъ извѣстно, даже не счелъ ихъ достойными быть предметомъ своихъ ихъ философскихъ разсужденій, есть «Mittelwesen zwischen europäischem und asiatischem Geist»,—Фалльмерайеръ первый взялся за изслѣдованіе одного изъ важнѣйшихъ вопросовъ въ исторіи Византіи, до него нетронутаго, почти незамѣченнаго, — это именно вопроса о значеніи и вліяніи славянскаго элемента въ Греціи.

Как-то само собой случилось, что латыши однажды поняли, что колотить друг друга палками по головам и распарывать ножами животы при дележе земли — нерасчетливо и неубедительно. Тогда от своих бывших, а фактически и теперешних господ они переняли обычай майората. Владелец землею — старший в роде, а пасынки судьбы идут во внутренние губернии, переселяются в Америку. Кому неизвестно, что латыши — лучшие в России садоводы и огородники? Но и другими окольными путями они умудряются то там, то здесь скупать небольшие земельные участки и соединять их вместе. Народился уже тип богатого латыша-землевладельца, которого иронически именуют «серым бароном». Однако, этих домодельных баронов земляки не очень одобряют: уж очень в них ярко сказывается пренебрежительное равнодушие разъевшегося мужика к своим и льстивое тяготение к немцам. «Правда, — прибавляет мой собеседник, — мы добились многого. Мы поголовно грамотны, жилища наши чисты и удобны. Мы со скромной гордостью стремимся стать в ряды европейских наций, и что самое важное — главный наш враг — алкоголь — почти побежден, и побежден не мероприятиями правительства, а личным народным самосознанием. Но все-таки часто становится больно и обидно, когда задумаешься над тем, что же, наконец, выше: культура рода или культура труда? Подумайте, в какое положение ставят нас немецкие бароны. Они до сих пор относятся к нам так же, как относились в XIII столетии. Они повсеместно пользуются правами охоты, рыбной ловли, винокурения и т. д. Мы же несем одни тяжелые земские и иные повинности. Как батраки на мызах, мы — средневековые рабы. Нам чинят утеснения и несправедливости на каждом шагу, а мы не смеем и пикнуть. Таково отношение к нам немцев. Они не только боятся нас, трудолюбивых и скромных латышей, как конкурентов в торговле и промышленности, они ненавидят нас, как вчерашних рабов, которые сегодня осмелились проснуться, прозреть и поднять головы. Они никогда не останавливались перед клеветой против нас. Так, в 1905 г. все наше аграрное брожение они услужливо приписали крайним и опасным революционным идеям. Так и теперь перед нынешней войной они наводнили наш край брошюрами, призывавшими латышей от имени латышей к общему революционному восстанию. Знаете ли, кто оказались инициаторами, авторами и распространителями этих прокламаций? Два остзейских барона. Оба теперь схвачены и спрятаны куда надо. Мы, латыши, твердо верим в близкое торжество русского оружия. Мы верим, победа над Германией собьет с наших баронов их чванливую спесь и надменную жестокость. Мы верим, что голоса и влияние четвероюродных баронских братцев в Петрограде не будут заглушать истинного голоса латышского народа, который всегда хотел и хочет быть не пасынком, а сыном великой России. Оттого-то мы вовсе и не рвемся в бой, как принято теперь говорить, а идем отвоевывать свое право на жизнь и честь, идем решительно, спокойно и просто, как идет мужик на пахоту». https://ru.wikisource.org/wiki/Лифляндия_(Куприн)

Куприн А. И. Пёстрая книга. Несобранное и забытое. Пенза, 2015. ЛИФЛЯНДИЯ Ч. I. Латыши. Видали ли вы когда-нибудь тот решительный, страшный момент состязания, когда борцы, опоясав друг друга руками, замирают неподвижно, точно каменная группа? Все мускулы напряглись, как клубки корабельных канатов, ступни ушли по щиколотки в тырсу арены, на лбах вспухли ижицей синие жилы, зубы стиснуты, пальцы рук побелели, и только слышатся хриплое дыхание и хрустение костей… Именно в этом состоянии максимального, но со стороны незаметного напряжения сил находятся теперь бароны и латыши, господа и вчерашние рабы, праздные землевладельцы и люди, оросившие каждый клочок бесплодного края своим потом и унавозившие его своею кровью и трупами. Сейчас латыш идет на войну, как на настоящее, серьезное дело, которое обеспечит его маленькому народу земельный простор и участие в великом деле всероссийской гражданственности. И как идет! С тем же невозмутимым деловым видом, с тем же каменным упорством, с той же непреклонной волей, с какой он корчует болотистый лес под пашню или среди песков выгоняет в оранжереях абрикосы и раннюю землянику. За эти три дня мне удалось поговорить с несколькими местными людьми, знающими хорошо Прибалтийский край: с латышами, немцами, русскими и евреями. Все, что я слышал интересного, попробую передать. Заранее извиняюсь в моем невежестве: я совсем не знал латышской истории. Да и вряд ли кто ее знает по-настоящему. А она страшна и кровава, как длинный исторический кошмар. Вот что мне рассказал о ней интеллигентный латыш — присяжный поверенный. В самом начале XIII столетия, кажется, около 1201 г., крестоносцы завоевали Лифляндию, и все местное население сделалось полной собственностью пришельцев. Если раб-латыш убегал, то к нему применялась очень простая мера: ему отсекали ногу… Великая эпоха освобождения крестьян от крепостной зависимости совсем не коснулась латышей. Призрачную свободу они имели и раньше, а землей их все-таки не наделили, не считая жалких клочков среди песков и болотистых пространств. Их фактически лишили даже права арендовать землю. Если хочешь заработать кусок хлеба, иди на мызу, в батраки, за нищенское вознаграждение и скверную пищу (исключительно картофель и то жидкое молоко, которое остается после маслобойных сепараторов, нечто вроде сыворотки, по-русски «обрат»). У баронов главный принцип: никогда не продавать на сторону ни клочка земли. Но без латыша им все-таки не прожить, это — почти даровая сила. Латыш способен работать более чем за двух лошадей. Он нетребователен, по внешности покорен, силен, вынослив и умеет сокращать свои жизненные потребности до поразительно малых размеров. «Это наш рабочий скот», — говорят про него землевладельцы, твердо убежденные в том, что «человек начинается с барона». После 1905 г., напуганные латышским движением (в котором, кстати, не было ничего революционного, — все волнения происходили исключительно на почве земельной тесноты), а также в наказание латышам бароны выписали из Германии рабочих на свои мызы. Но те предъявили такие высокие требования в смысле еды, комфорта и вознаграждения, что бароны ахнули, схватились в ужасе за головы и … опять обратились к своему латышскому скоту, хотя тот недавно осмелился заговорить человеческим языком. Почти повсюду в Прибалтийском крае господствует майоратное право. Землею владеет наследственно старший в баронском роде. Остальные члены семьи идут в «отхожие промыслы», конечно, в Россию и главным образом на хлебные и влиятельные должности. Правда, иные, неудачники, выбирают скользкие карьеры международных шпионов (особенно шпионок), шулеров и подставных титулованных «лиц без речей» в темных биржевых операциях, держат игорные притоны, меблированные комнаты, дома свиданий и даже прямо публичные заведения (баронесса Т.). Но зато другие достигают значительных бюрократических степеней, с высоты которых они могут и умеют влиять на судьбы Русской империи. Надо ли говорить о том, что сердцем, душою, плотью и кровью они остаются теми же остзейскими баронами, которым интересы родных гербов и фамильных замков бесконечно дороже всей этой огромной, несуразной, дикой, чужой им и по вере русской земли. Таким-то образом несколько десятков баронских родов (горожане-немцы не в счет; их всего насчитывается около 750000 чел.) фактически попирают железной господской пятою исконное бесправное десятимиллионное население Прибалтийского края, связывая его тесными путами.

Но проблема со словом holm здесь другая, на камнях есть слова, переведённые, как имена собственные людей Sö 34 hulmbʀ - Holmbʀ - Holmr - Маленький Остров hólmr m. -a- (тж. hólmi) островок, маленький остров (особ. в бухте, заливе, на острове или реке) Old Norse-ensk orðabók. 2013. http://www.ramsdale.org/dalr.htm Sö 126 hu(l)(m)(f)riþ - Holmfriðr - Holmfríðr - Красивый Остров Хольмфрид — очень редкое женское имя, которое означает «остров» и «красивая». Исландская форма Hólmfríður наиболее распространена. В последнее время в Швеции это имя также используется как мужское. Holmfrid — это более новая форма древнешведского Holmfridh и древнескандинавского Holmfríðr . Название образовано от слов holm — «остров» и fríðr — «красивый». https://no.wikipedia.org/wiki/Holmfrid Old Norse Etymology From Proto-Germanic *frīdaz. Adjective fríðr lovely, beautiful, fair noble, virtuous, brave Sö 308 hulmfastr - Holmfastr - Holmfastr - Сильный Остров. Found in Old Swedish as Holmbiorn. The first element Hólm- is identical to Old Icelandic hólmr, "island". The second element, -fastr is from the OW.Norse adjective fastr "firm, fast, strong." Found in the runic accusative form afast. A short form of names in Fast- or -fastr is Fasti. Бедные скандинавские дети.

Что касается Новгорода, то в этих рунах есть пару раз упоминание этого города hulmkarþi - Holmgarði и пока в настоящее время я полагаю, что по-русски Холмград - это город на холме, поскольку острова у Новгорода нет, а на скандинавских языках - остров, как в названии шведской столице Стокгольм Stockholm (от stock — «бревно» и holme — «остров») и среди Британских островов много с таким названием: Helliar Holm, Holm of Faray, Holm of Grimbister, Holm of Huip, Holm of Papa, Holm of Scockness, Inner Holm, Lamb Holm, Linga Holm, Muckle Green Holm. Правда, по-английски остров будет Isle, Island - как остров, страна скандинавская Исла́ндия исл. Ísland, в общем, нарочно не придумаешь!

Однако главное чудо эта руна творит со словом Викинг - Wicing и Видсид, где она превращается в дифтонг и становится W w: Old English wicing Потому что древнескандинавское слово викингр не появляется в письменных источниках ранее 12 века The Old Norse word víkingr does not appear in written sources until the 12th century, apart from a few runestones. «Ви́дсид» англ. Widsith, др.-англ. Ƿidsið Смотрим на картинку старой книги первое слово и первая буква - наша руна, которая должна читаться, как Т, но здесь читается как W w. The first lines of the poem Widsith in the Exeter Book (folio 84v). При этом эту букву они пишут как W, только в имени Видсид , а далее в тексте, она þ снова Т, а не W. Fers i Ƿidsið maðolade ƿordhord onlēac, se þe monna mǣst mǣgþa ofer eorþan, folca geondfērde; oft hē on flette geþāh mynelicne māþþum. Вот ещё несколько строк старого английского Hroþwulf ond Hroðgar heoldon lengest sibbe ætsomne suhtorfædran, siþþan hy forwræcon Wicinga cynn При этом в 1 слове имеем букву þ , а в 3 слове имеем ð, но в английском переводе имеем одинаковую букву ð в обоих словах Hroðulf and Hroðgar held the longest peace together, uncle and nephew, since they repulsed the Viking-kin и здесь слова Уайсинга син - cynn превращается в Викинг-кин, хотя на самом первом и самом древнем камне слово sin - sinn значит сын.

А теперь рассмотрим чудесную руну Þ, þ, которую в слове ГарДарика читаем, как Д [i karþ]um ('in Garðar',[note 1] i.e. 'in the lands of Rus' хотя она называется Þ, þ (торн) — буква расширенной латиницы, использовавшаяся в англосаксонской и по сей день в исландской письменности. Ту́рисаз или Ту́рс (ᚦ) — третья руна германского алфавита. Присутствует в старшем футарке, футорке и младшем футарке. Обозначает звуки [θ] и [ð]. Реконструированное название в старшем футарке — Þurisaz, что на прагерманском предположительно могло означать либо «бог Тор», либо «великан». В англосаксонском футарке называлась Þorn (др.-англ. «шип», «колючка»). It is transliterated as þ, and has the sound value of a voiceless dental fricative /θ/ (the English sound of th as in thing). В младшем футарке называется Þurs, что на древнескандинавском значит «турс» (великан в северной мифологии, позже — любое враждебное человеку создание, не являющееся богом). В пунктированном футарке также есть руна ᚧ, обозначающая звук [ð]. Конечно, можно предположить, что звуки Д и Т близкие, один звонкий, другой глухой, но главное, чтобы она творила чудеса, и с её помощью можно было найти в текстах рунических и Гардарику, и бога Торна.

Теперь рассмотри два слова garðum и garðr https://sv.wiktionary.org/wiki/gar%C3%B0r Old Norse Etymology From Proto-Germanic *gardaz (“court, yard, enclosure”). Cognate with Old English ġeard, Old Saxon gard, Old High German gart, Gothic 𐌲𐌰𐍂𐌳𐍃 (gards) городская стена Город область сад , двор garðum - это дательный падеж от garðr. То есть, если полагать, что на камне надписи посвящены погибшим, то погибли они защищая свой город, свою область, свой двор. Но самое интересное это ещё одно значение слова Гардар (др.-сканд. Garðar) — «столица» поселений викингов в Гренландии, а также место, где жил епископ Гренландии. Основана в 1126 году, когда на остров из Норвегии прибыл первый епископ Арнальд. https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%B0%D1%80%D0%B4%D0%B0%D1%80 Тогда, поскольку на камнях нет названия полного Гардарики - Руси, то вполне допустим вариант толкования, что все эти варяги из Швеции погибли в Гардаре в Гренландии или в Исландии Garðar (Old Norse pronunciation: [ˈɡɑrðɑz̠]; Icelandic pronunciation: [ˈkarðar̥]; also spelled Gardar) is an Old Norse word meaning "strongholds", "enclosures" or "settlements". It may refer to: also means Garðar in Icelandic в Исландии много Гардаров Eftirfarandi staði á Íslandi: Garðar - á Álftanesi sem Garðabær er kenndur við Garðar - í Mýrdal Garðar - í Aðalvík á Hornströndum Garðar - í Önundarfirði Garðar - í Arnarfirði Garðar - á sunnanverðu Snæfellsnesi Garðar - á Mýrum Garðar - í utanverðum Hnappadal Garðar - við Akranes Sveitarfélagið Garður - á Garðskaga

Может быть кто-то думает, что скандинавы не знали слова Рус, Русь, и поэтому называли страну Гардум, и опять нет, на камне Sö 92 шведы называют страну Runor Sö 92, section Inscription, Runic Swedish: "… let ræisa st[æin] … Rysiu(?), bro[ður] sinn. Ha[nn] … austr. Balli … Runor Sö 92, section Inscription, English: "… had the stone raised … Rysja(?), his brother. He … east. Balli …" Но оказывается и это ещё не все варианты написания Гардум - Руси, этот вот самый экзотический Vs 1 : Runor Vs 1, section Inscription, Rune reading: "+ kuþlefʀ + seti : stff : auk : sena : þasi : uftiʀ slakua : sun : sia : etaþr : austr · i · karusm ·" ^ Runor Vs 1, section Inscription, Runic Swedish: "Guðlæifʀ satti staf ok stæina þasi æftiʀ Slagva, sun sinn, ændaðr austr i Garðum(?)/Chorezm(?)." ^ Runor Vs 1, section Inscription, English: "Guðleifr placed the staff and these stones in memory of Slagvi, his son, (who) met his end in the east in Garðar(?)/Chorezm(?)." Лучше не верьте глазам своим, но здесь Карузм тоже Гардар, хотя, может быть, и Хорезм!

Если Вы уже готовы поверить им, что руна К читается как Г - G, то не спешите, in 1907, Otto von Friesen proposed that the runes read i olafs kirki, i.e. 'in Saint Olaf's Church in Novgorod'. Otto von Friesen's interpretation has since then been the accepted interpretation. Здесь оказывается написано германское слово "Кирка св. Олафа" (11-14 век) в Новгороде. Так что слова Гард там нет: karþum, karþa. И действительно много других слов рунических, где руну К читают как звук К: mirki - mærki uk - ok Но если Вы предположите, что руну К читают, то как К, то как Г - G, потому что руны G - нет, то Вы опять ошибаетесь: gnubha - Gnupa , как видите есть руна G g и H h и руна К не нужна для написания звука Г . han - Hann

Но самое удивительное и значимое в духе "Очевидное невероятное", но на этих камнях нет ни разу слова Гардарики (др.-сканд. Garðaríki) Скандинавское название Руси[1]. С древнескандинавского Garðaríki — «крепости» или «укреплённые торговые поселения». Нет в текстах рунических полного названия такого, как страны, но есть несколько вариантов слова похожего: austr i Garðum - in the east in Garðar (Russia) - на востоке в Гардар(е) Здесь уже другой вариант написания austr i karþum - через руны (называю по-русски К и Р, но толкуют и переводят так же in the east in Garðar (Russia). Вот здесь англичане поясняют, что есть разные варианты написания и чтения: There are two readings of i karþa. One interpretation is that it means "to Garðar" or "to Garðaríki", i.e. "to the lands of Rus'" Но дальше они же сами пишут, есть три варианта толкования suggesting that the singular form i karþa may have referred to a particular town Garðr, i.e. either to Constantinople[57] or to Kiev. Англичане ведь великие географы и лингвисты: у них что Киев, Царьград, что Новгород - это же одно и то же! Как видим, здесь уже есть кажется 5 разных слов, которые по мнению расшифровщиков читаются и значат одно и тоже: Garðum, garþum, karþum, karþa, kirþu А вот вариант написания kirþu - Garðum и текст такой Хан умер в Гардаре Runor Sö 130, section Inscription, Rune reading: "§B h^a l^f kirþu <o>" Runor Sö 130, section Inscription, Runic Swedish: "§B Hann fiall [i(?)] Garðum " Runor Sö 130, section Inscription, English: "§B He fell in Garðar (Russia) … а здесь ещё руны l f меняют местами и получают глагол FiaL - fell, наверно потому что порядок l f нужно было бы читать как жил

И ещё комментарий про мифологию викингов, если человек умирал, то он уходил на восток в небесный город Асгард - Ásgarðr , а не пошёл на Восток, где умер. В Саге об Инглингах Асгард помещается к востоку от реки Танаис (Танаксвиль, или Ванаксвиль)

Следующий важный момент - это датировка камней: Большинство рунических камней были воздвигнуты во время христианизации XI века, но отдельные камни — намного старше, в частности, рунический камень известный как Kälvesten Ög 8 был изготовлен в IX веке, в период экспансии скандинавов на восток. Основная масса памятников, установленных в честь скандинавов, погибших или побывавших «в Гардах» или «на востоке» (41 и 24 в память об участниках похода Ингвара), относится к XI веку. Из этого числа первой половиной — серединой XI века датируется 21 рунический камень (и 24 Ингваровых камня) и 9 — IX—XI веками в целом. К середине — второй половине XI века принадлежат 11 стел. Англичане пишут то же самое Most of the runestones were raised during the Christianization of the 11th century when the making of runestones was fashionable, but notably, the Kälvesten Runestone Ög 8 was made in the 9th century when the Varangians played a central role in what would become Russia and Ukraine. Поскольку большинство камней датируется 11 веком, то очень и нужен был более древний камень, камень 9 века, чтобы обосновать призыв варягов на Русь в 862 году. Но проблема в том, что ни в описании этого камня, ни в самом тексте нет никаких обстоятельств и оснований, чтобы датировать эту надпись 9 веком или каким-либо другим, на камнях нет дат, ни жизни, ни смерти! Вот полный текст рунический и английский: Ög 8 Runestone Ög 8 The Kälvesten stone in Östergötland is dated to the 9th century stikuʀ (') karþi kubl þ(a)^(u) aft auint sunu sin ' sa fial austr Stiguʀ/Stygguʀ gærði kumbl þau aft Øyvind, sunu sinn. Sa fioll austr английский Stigr/Styggr made these monuments in memory of Eyvindr, his son. He fell in the east" miʀ aiuisli ' uikikʀ faþi auk| |krimulfʀ með Æivisli. Vikingʀ faði ok Grimulfʀ with Eivísl. Víkingr coloured and Grímulfr. Если кто обратил внимание на английское слово Викингр, можете не волноваться в рунах такого слова нет, но есть uikikʀ, в котором первую к они прочитали, как к, а вторую как -нг-. Ашо? Зато здесь есть слово сын - sunu sinn, удивительно, но оно так и пишется рунами, хотя по-норвежски будет sønn, по-шведски - son, по-исландски - sonur, ближе всех к написанию именно русский вариант. А ещё здесь есть примечательное слово karþi - gærði (в котором уж руну к читают не как к и не как -нг-, но как просто г), которое здесь переводится по контексту просто, как памятник (камень), а во всех других случаях, которые рассмотрим ниже он, памятник, превратится в Гардарику. Но на этом камне 9 века это слово не может означать Русь - Гардарику, потому что Русь варяги ещё не основали (862г.)